– Да на что они мне?! – искренне удивилась Надежда. А переводчики-то? Только свистну, так их целая орава набежит. Статус у меня нынче не тот, чтоб языки учить. Одного языка мне вполне для всего хватает. Вот этого!
Надя игриво высунула розовый кончик языка и поводила им из стороны в сторону, слегка вращая.
– Это Вы вон как русский-то выучили! Молодец! Полиглотик вы наш!
– Спасибо, я очень люблю русский язык, – растрогался Мияма. – Учу его уже тридцать лет. Век живу – век учу. Великий, могучий, правдивый и свободный. Незачерпаемый язык! Особенно обожую русские идиоматизмы. Есть такие колоритные!
– Да, колоритных идиотизмов у нас хватает, – согласилась Надежда Кузьминична, чтобы не обидеть гостя. – Такой уж народ, что с ним поделаешь!
За приятной беседой время пролетело незаметно. Черный Ауди плавно притормозил у дверей отеля, и Мияма в сопровождении очаровательной начальницы департамента решительно двинулся к дверям «Балчуга Кемпински», где, по распоряжению всезнающего Симомуры за ним был зарезервирован скромный номер с видом на Кремль, всего по полторы тысячи долларов в сутки. Когда на последней встрече Мияма пытался возражать, предлагая ограничиться номером за восемьсот долларов, а остальное выдать ему наличными на непредвиденные расходы, Симомура отрезал:
– Делайте что вам сказано, профессор. Пора бы уже уяснить, что в России ценится то, что блестит. Если у президента на руке часы за миллион долларов, у премьера должны быть не меньше, чем за восемьсот тысяч, у вице-премьеров не меньше, чем за семьсот, а у пресс-секретаря не меньше, чем за шестьсот. То же самое с костюмами, машинами, квартирами, виллами, яхтами, ресторанами, любовницами и любовниками. Если вы хотите, чтобы вас принимали всерьез нужные нам люди в политике и в бизнесе, вам придется познакомиться с продукцией лучших дизайнерских домов и научиться проигрывать целое состояние в подкидного дурака. Говорят, это любимая игра русских. О деньгах не беспокойтесь: на время командировки мы открываем для вас неограниченный кредит в банке Мицуи-Сумитомо. Золотую карточку вам вручат перед отъездом. Наши специалисты позаботятся о вашем обмундировании. Если спросят, откуда средства, скажете, что ваше семейство – совладелец железнодорожной компании Хансин, а сами вы вхожи в высшие правительственные круги. И не забудьте при этом сделать вот так.
Симомура мечтательно закатил глаза и указательным пальцем правой руки ткнул куда-то в потолок. Мияма повторил этот жест и в заключение еще слегка покачал в воздухе указующим перстом, за что удостоился одобрительной усмешки Симомуры и похлопывания по плечу. Однако Симомура совсем не принимает в расчет русское гостеприимство, – подумал профессор. – Ему не дано постигнуть русскую духвитость…
В «Балчуге» оказалось очень мило. Двухкомнатный люкс-сюит, куда его проводила лично начальница отдела внешних сношений Министерства культуры, располагал к мечтательной медитации. Отпустив беллбоя с двадцатидолларовой бумажкой, Мияма вопросительно взглянул на свою очаровательную спутницу.
– Если вы не против, профессор, – радушно предложила Надя, – мы с Александром Гермогеновичем приглашаем вас сегодня на Ассамблею.
– Не против, – подтвердил Мияма. – А что это такое? Заседание Думы? Или Совета Федерации?
– Что-то в этом роде. Вам понравится, – заверила Надежда Кузьминична, зардевшись легким румянцем. – Так сказать, по закону гостеприимства… Небольшой корпоратив в экзотическом стиле. Там сегодня будет много VIP гостей – кое-кто из Совмина, из Думы тоже, из министерств… Сам Семен Захарович обещал заглянуть – это ведь его мероприятие!
Последний довод, вероятно, был настолько веским, что на этом Надежда Кузьминична решительно пресекла диалог, встала и пошла к двери.
– Жду вас через двадцать минут в вестибюле, – бросила она на ходу.
Мияма не знал, что такое корпоратив, но покорно вытащил из дорожной сумки походную бритву Браун с тремя плавающими лезвиями и направился в ванную.
– Говорить будем по-немецки, – сказала Нина, вполне правдоподобно имитируя берлинский говорок с мягким «ш» вместо «х». Так надежнее: на случай, если у них дистанционная прослушка. Хотя мой сейфгард ничего подозрительного не показал. Английский здесь понимают многие, а немецкий не в ходу. Как добрался? Нормально?
– Спасибо, все в порядке, – бодро ответствовал Вик, слегка бравируя своим штирийским прононсом. – Приятно иметь дело с коллегой столь располагающей внешности.
– С Гинзой уже познакомился? Не заблудишься? Тут с некоторыми такое случается.
– Natürlich, ich finde mich leicht in einer fremden Stadt zurecht, ich war oft auf Reisen, – с ноткой обиды в голосе заметил Вик. – Aber dieser Stadt ist ganz spezial. Es lohnt sich Tokyo zu besichtigen besser[19].
– Этим мы сейчас и займемся! – резюмировала Нина. – Пошли, познакомлю тебя еще с одним гидом. Сориентируемся на местности. Заодно и поговорим без помех. В курс дела можешь меня не вводить, я уже всё знаю.
