Сверху по-прежнему лило, хотя и не так сильно, как вначале. Звякнуло, захлопнувшись, витражное окно в храме Воды-Хионы. Кто-то из жрецов Фаршаха выпустил новый огненный шар, но тот летел медленно и тлел слабо и неохотно — ничего общего с недавним яростным пламенем. Позади Юржина надсадно закашлялись. Должно быть, в легкие попала вода или их обожгло паром. Внезапно рядом мелькнуло черное, и соседний с Юржином жрец кулем повалился на землю. Тварь тут же отшвырнуло порывом ветра, но человек уже не шевелился.
— Отступаем! Назад, назад! А то все тут поляжем! — заорал предводитель огненных. — Долбанная на голову Хиона и все ее жрицы!
Отступление больше походило на бегство. Мрачные лица, сжатые челюсти. Юржин смутно видел их в навалившейся со всех сторон тьме, или только угадывал, что может видеть, а память дорисовывала остальное. Он просто бежал, а рядом с ним бежали другие. Служителям огня все же удалось сотворить пламя, и теперь впереди них над самой дорогой летел багровый шар величиной с кулак. Света от него было мало. Только и хватало обозначить мостовую, чтобы было видно, куда ставить ноги.
Ветреные двигались последними, то и дело огрызаясь порывами воздуха. Юржин слышал его свист и иногда краем глаза замечал разлетающиеся тени. Его волосы трепало ветром. Внезапно он понял, что за ним никого нет, и резко развернулся.
Жрецы ветра растянулись цепочкой в нескольких шагах позади него. Их светлые одежды выделялись даже во мраке. Кисти и пальцы сплетали непонятный узор и двигались так синхронно, будто люди стали единым существом. В руке одного из них Юржин заметил что-то вроде игрушки. Светлое кольцо в три ладони шириной, сплетенное из хитро перепутанных нитей и перьев. Оно выделялось удивительно четко, будто подсвеченное изнутри ровным белым сиянием. Жрецы выдохнули фразу, но Юржин не расслышал отдельных слов. Голоса звучали неразделимо, как ветер.
Над головой Юржина пролетел огненный шар и завис прямо над остановившимися. Сначала он светил неровно и тускло, но быстро разгорелся, проявив скрытое. В двух шагах от людей скалили игольчатые клыки черные безглазые твари. Бесчисленное множество клубящихся, неуловимо меняющих форму пастей и лап. «Бегите!» — хотел крикнуть Юржин, но горло свело.
Твари отчего-то мялись на месте, не нападая. Одна из них метнулась было вперед, но ее тут же отбросило обратно, как будто шлепком гигантской ладони. Юржин пригляделся. Вокруг жрецов ветра закручивался вихрь, из-за пульсирующей огненной подсветки казавшийся потусторонне-жутким. Пыль и непонятно откуда взявшиеся листья кружились все быстрей, полы длинных одежд хлопали.
Гудящая песнь ветра достигла верхней точки. Безделушка с перьями неуловимо быстро блеснула, руки взметнулись в едином слитном движении — и вихрь вырвался. Полетели клочья. Твари, сотканные из тьмы, развеивались дымом. Им вслед мчались мелкие камешки и спутанные стебли вьюнка. С лязгом и скрежетом с крыши сорвалось несколько черепиц и начищенный медный флюгер. Окрашенный багровым пламенем, он летел вслед хищным тварям острием вперед, похожий на напившийся крови клинок.
Юржин зажмурился. Когда он открыл глаза, ураган стих. Жрецы ветра молчали и не двигались с места. Их плечи поникли, спины устало ссутулились. Юржин подбежал и встал рядом.
Огненный шар еще несколько мгновений повисел над их головами и поплыл вдоль улицы, безжалостно высвечивая разрушения. Сорванные с петель ставни. Комья земли и обрывки корней на месте выдранного вьюнка. Осколки от стеклянных светильников. И ни единой твари. Юржин перевел дух. Неужели справились? Неужели с кошмаром покончено? Неужели — это победа? Победа! Он подпрыгнул и завопил от восторга, но тут же осекся и захлебнулся криком.
Сквозь завесу тьмы на миг проступило нечто. Юржин моргнул — видение скрылось, как не бывало. Он успел заметить безголовую островерхую фигуру, или может, ему померещилась и она и отходящие от нее в стороны длинные шевелящиеся нити. На виду остался только кружащийся темный комок. Юржину хотелось заорать и убежать так далеко, как сможет, но он стиснул челюсти и сжал кулаки. И остался на месте.
Комок тьмы стремительно менялся и рос. Отовсюду к нему притягивались клочья разорванных тварей и сливались воедино. Сначала он был размером с лошадиную голову, затем с крупную собаку, и вот он уже шире крытой телеги и выше окон первого этажа. Наконец вращение замедлилось и остановилось. Из нижней части шара вдруг выпростались несколько длинных суставчатых лап. Широкое грузное тело покачивалась над ними, как брюшко гигантского паука. Чудовище потянулось, разминая конечности, и зевнуло, бесшумно клацнув сразу несколькими пастями. Тут же огненный шар, висевший в воздухе, сорвался с места и рухнул на него. Взметнулись скрытые раньше нити. От хлесткого удара шар взорвался. Пламя расплескалось в воздухе ослепительными искрами. На шкуру чудовища не упало ни одной.
Юржин онемел.
— Там что-то есть.