– Поговорим об этом чуть позже, – перебил принц Туллий. Спрятав руки за спину, он встал подле кудесника Гульри как прилежный ученик, отвечающий вызубренный урок. – Теперь все в сборе.
– А Карнеол? – с еле заметной ехидцей спросил кудесник.
– Как вы понимаете, для его же безопасности. – Его светлость залился румянцем и протараторил: – К сожалению, сын князя Адаса не обладает должной для своего статуса сдержанностью и молчаливостью. Чем меньше он знает, тем лучше для его же блага – ненароком еще навредит сам себе.
– Интересный способ воспитания наследника, аки розы в пустыне, – вкрадчиво высказался Крапсан.
– Крапсан, хотя ты и стал кудесником, но есть вещи, коих тебе пока не понять. Не понять.
Ирис впервые видела, насколько сильно было неодобрение учителем ученика. Скрывавшееся прежде недовольство, предмет домыслов и сплетен, теперь выражалось так, словно между ними началась негласная схватка.
– Вы правы, учитель. – Крапсан положил ногу на ногу и с подчеркнутой непринужденностью откинулся в кресле – дальнейший разговор его вовсе не интересует.
– Не будем далее тянуть. – Принц Туллий почесал нос и оперся боком о спинку. – Кудесник Гульри, еще раз повторю теперь в присутствии волшебницы Ирис: много лет в моем замке…
– Как ты сама до всего этого додумалась?
Ирис совсем отвыкла от глухого голоса кудесника и того, что он каждый раз, задумываясь, почесывает бороду, что невольно отвлекает неподготовленного слушателя. Сейчас же она вновь ощутила себя всего лишь ученицей волшебника, не имеющей понятия об элементарных вещах. – Почему ты молчишь? Или все это одна большая случайность?
Ирис смущенно улыбнулась и еле выдавила из себя:
– Кудесник Хабмер передал мне книжку… Я и до этого догадывалась, что дело в каком-то искривленном заклинании. Потом меня попросили помочь.
– Вытяни левую руку. – Кудесник Хабмер не поленился подойти к девушке. Задрав рукав, он провел по ее дрожащей руке от кончика указательного пальца до локтевого сгиба. – Весьма примечательно. – Для надежности он надавил на каждый бугорок ладони. – Примечательно…
– Я бы сама никогда не справилась. Мне помог придворный принца Туллия – Эмеральд. Это благодаря ему… – хвалить его оказалось проще, чем пересказывать собственные действия.
– Огорчу вас, но его заслуги здесь нет. Он придворный. Это всего лишь его обязанность – заботиться о моем благополучии, – зло отрезал принц. – Не желаю больше слышать подобных глупостей и намеков.
Мярр согласно закивал, впервые выказывая одобрение словам его светлости.
– С ним я побеседую позже, – хмыкнул кудесник Гульри, не отрывая взгляда от руки Ирис. – Айрин пыталась поговорить с тобой? Раз Экин был жив все это время, то она, вероятно, благодаря ему сохранила некие… мм… качества живого существа. – Он сжал ладонь девушки в кулачок и по-отечески потряс.
– Мне показалось, она подыскивала себе новую жертву. Все время просила меня отдать ей какую-то добычу. – Ирис пожала плечами и небрежно поправила платье. – Видимо, она решила, что я захватила в плен всех, кто был в зале. Тем более ее вряд ли интересовал кто-то, кроме его светлости.
– Видимо, видимо… – Кудесник Гульри вернулся в кресло и будто застыл. Он задумчиво поглаживал бороду, отрешившись от происходящего, и начал насвистывать под нос незамысловатую старинную мелодию о петушке и курочке.
Никто не осмеливался нарушить размышления кудесника. От Ирис не ускользнуло, как раздражен Крапсан и каких сил ему стоит сдерживать себя. Отдельным удовольствием для нее был след от ожога на его ладони, который, по-видимому, останется с ним навсегда.
– Что ж… – вдруг вернулся к действительности кудесник Гульри. – Я подумаю, Туллий, как лучше поступить. – Он хлопнул себя по коленям. – Воспользуемся предоставленной нам передышкой, а там разберемся, что к чему, мой мальчик. Главное, ты больше не будешь страдать припадками. – Он попытался добродушно улыбнуться, но на его лице было больше жалости, чем радости. – А сейчас, если ты позволишь, мы с Крапсаном удалимся. Я сто лет здесь не был и не могу отказать себе в удовольствии посетить Эмберай. Лучших креветок все еще подают в «Морской глади»?
– Не знаю. Спросите у любого из моих придворных. Они шляются по таким заведениям.
– Да, там самые вкусные, – почему-то брякнула Ирис и, сообразив, что из ее уст это звучит весьма странно, как бы оправдываясь, добавила: – Я помогла им как-то избавиться от мышей, потом они прислали мне целый куль.
– Мило. Мило. – Кудесник Гульри откашлялся. – Я всегда говорил, что иные милые поделки, как-то стишки Хабмера, несут больше пользы, чем дюжина сложных экзотических заклинаний.
Стоило двери в тронный зал закрыться, как слово взял Мярр:
– Ваша светлость, может, вы позволите мне наконец-то попрощаться с Ирис и приступить к новым обязанностям?
Принц Туллий безучастно кивнул.
– Мярр, что это значит? – Ирис вплотную подошла к дракону, расправившему крылья.
– Он теперь посредник между Балтинией и Кирзаком. Лелайкис сам назвал его имя.
