Чирканул по привычке наискосок по свечению магии и увидел, как из Кляксича выметнулся еще один удлиняющийся отросток, мгновенно дотянувшийся до амулета и впившийся в голубой огонёк. Как только тот погас, усик втянулся обратно, а Кляксич испустил эманации удовольствия. Почему-то сразу представился котёнок, налакавшийся молока и счастливо замурлыкавший.
- О! Да ты, походу, поужинал, малыш! – улыбнулся Ярик. – Теперь буду знать, чем тебя подкармливать. А вон и мой кормилец показался.
Где-то на переферии зрения, в глубине окружающих зарослей, замаячила фигура приближающегося кобла. Пока зеленокожий добытчик не добрался до поляны, парень успел неспешно подняться, сходить подобрать потухший амулет и вернуться обратно, усевшись на прежнее место и вновь воткнув Карук перед собой.
- Ну что, попробуем повторить попытку? – он принялся выманивать Кляксича из кинжала, краем глаза наблюдая за тем, как гоблин разводит огонь.
Его зарождение он тоже почувствовал эмпатически. Маленькое ярко-алое пламя сперва неуверенно, словно недоверчиво, перекочевав из рук Генордалтриса на собранные им деревяшки, принялось обследовать их, медленно разгораясь и расползаясь все больше и больше. Будто проверяло качество приготовленной для него пищи. Затем куда увереннее растеклось по всем дровам и довольно вспыхнуло, резко разросшись, засияв и заискрившись.
По руке, протянутой к кинжалу, пробежался поток мурашек – Кляксич, вытянув очередной ус, напоминал о себе, испуская волны желания и нетерпения. Как маленький мальчик, теребящий за руку маму и требующий купить ему мороженное. Так и слышилось в его посылах: «Дай, дай! Хочу, хочу!»
- И чего же ты хочешь? – Ярик вытащил клинок из земли. – Неужели к огню захотел?
Дух Хаоса радостно задергался, источая согласие и довольство от сообразительности хозяина. Юноша развернулся, поднося Карук к костру:
- Ближе? Еще?
Едва лезвие коснулось пламени, Кляксич просто взорвался эмоциями, требуя не прекращать, удерживая его в пламени, и не мешать насыщаться его энергией.
- Ага, простой ты! – руку нещадно жгло, и Ярик убрал её из костра, тут же уловив огорчение Духа. – Ничего, потерпишь немного. Раз ты такой проглот, так и быть, сейчас придумаю что-нибудь, покормлю тебя еще.
Он огляделся по сторонам, подтянул к себе какую-то палку, раза с третьего воткнул в её кончик кинжал.
- Давай, питайся, всеядный ты мой, - поднес всю эту конструкцию к огню, стараясь не мешать колдующему над запекаемым кроликом гоблину.
Держал, пока деревяшка не обуглилась настолько, что Карук мог в любую секунду вывалиться прямо в костер. Кляксич на этот раз не возражал. Не иначе, насытился.
Помахав немного палкой, дождавшись, пока клинок остынет, Ярик пристально его осмотрел. Даже будучи погруженным в пламя, его лезвие оставалось черным, не краснея, как можно было ожидать. И сейчас, когда оно остыло, на нем не осталось никаких следов пребывания в огне. Рукоятка тоже никак не пострадала. Сам же кляксич, стал словно немного больше. Хотя юноше это могло и показаться.
Он сунул Карук за голенище и посмотрел на гоблина:
- Гена, долго еще? Твой кролик так вкусно пахнет, что я его готов уже целиком проглотить прямо так, горячим!
После ужина кобл ушел в форт, а Ярик провел еще какое-то время в попытках выманить Кляксича из кинжала. Когда же вокруг окончательно стемнело, отправился побродить по окрестностям, изучая способность обходиться без света с помощью состояния сатэ. Заодно и дров пособирать.
Входить – выходить из сатэ получалось почти без напряга. Выходил вообще мгновенно, а на вход требовалась всего пара «колосков».
Заблудиться не боялся – пощипывающего травку Тайсона и всё ещё яркое пламя костра он «видел» даже сквозь деревья на достаточно большом расстоянии.
Никаких крупных зверей в округе не наблюдалось, а вот мелкой живности было предостаточно. Так и шныряли вокруг, то шебуршась в траве, то перескакивая или перелетая с ветки на ветку. Причём ничуть не опасаясь шастающего по их угодьям чужака.
Валежника в лесу было навалом, и уже вскоре Ярик набрал полные руки толстых сучьев. Вернувшись на поляну, свалил всю добычу возле костерка:
- Подкрепись, дружок.
Подброшенные в огонь ветки были благосклонно приняты накинувшимся на них пламенем.
Спать, вроде, и не хотелось, но, постелив на землю одеяло и подложив под голову мешок, Ярик едва успел устроиться поудобнее, как тут же провалился в какое-то странное состояние полудремоты – полусна. Как бы и отдыхаешь, и в то же время слышишь, что вокруг делается. Ещё умудряешься и за костром следить, периодически дрова подкидывая.
В голове при этом стремительным потоком проносился целый ворох мыслей. Не самых весёлых, а порой и грустных. Поводов хватало с избытком. И если с потерей Агаи парень, скрепя сердце, кое-как смирился, отсутствие сестры почему-то напрягало не на шутку. Тревожно было на душе и беспокойно.
Как долго продлилось такое состояние, неизвестно. Только в один момент юноша всё же уснул. Да таким крепким сном, что прозевал появление Генордалтриса.
