| Managing women, the ornaments of their sex--women who order everything for everybody, and know so much better than any person concerned what is good for their neighbours, don't sometimes speculate upon the possibility of a domestic revolt, or upon other extreme consequences resulting from their overstrained authority. | Женщины-правительницы - украшение своего пола, - женщины, устраивающие все для всех и каждого, знающие гораздо лучше самих заинтересованных лиц, что для них полезно, иной раз не принимают в расчет возможности домашнего бунта или каких-либо других нежелательных последствий, проистекающих от превышения власти. |
| Thus, for instance, Mrs. Bute, with the best intentions no doubt in the world, and wearing herself to death as she did by foregoing sleep, dinner, fresh air, for the sake of her invalid sister-in-law, carried her conviction of the old lady's illness so far that she almost managed her into her coffin. | Вот и миссис Бьют, действуя, несомненно, с самыми лучшими намерениями, - она изнуряла себя до полусмерти, отказываясь от сна, обеда и чистого воздуха ради болящей невестки, - так далеко зашла в своих попечениях о здоровье старой дамы, что едва не вогнала ее в гроб. |
| She pointed out her sacrifices and their results one day to the constant apothecary, Mr. Clump. | Как-то в разговоре с мистером Клампом. постоянным аптекарем мисс Кроули, она указала на принесенные ею жертвы и на их результат. |
| "I am sure, my dear Mr. Clump," she said, "no efforts of mine have been wanting to restore our dear invalid, whom the ingratitude of her nephew has laid on the bed of sickness. | - Могу сказать, дорогой мой мистер Кламп. -говорила она, - я делаю все, чтобы поставить на ноги нашу драгоценную больную, чье сердце растерзал неблагодарный племянник. |
| I never shrink from personal discomfort: I never refuse to sacrifice myself." | Я никогда не считаюсь ни с какими лишениями и готова на любые жертвы. |
| "Your devotion, it must be confessed, is admirable," Mr. Clump says, with a low bow; "but--" | - Ваша преданность поистине изумительна, -отвечал мистер Кламп с низким поклоном, -но... |
| "I have scarcely closed my eyes since my arrival: I give up sleep, health, every comfort, to my sense of duty. | - Со времени своего приезда я, кажется, ни разу и глаз не сомкнула. Я готова поступиться сном, здоровьем, любыми удобствами, если этого требует долг. |
| When my poor James was in the smallpox, did I allow any hireling to nurse him? | Когда у моего бедного Джеймса была оспа, разве я позволила какой-нибудь наемнице ухаживать за ним? |
| No." | Ни в коем случае! |
| "You did what became an excellent mother, my dear Madam--the best of mothers; but—' | - Вы поступили, как истинная мать, сударыня... как лучшая из матерей, но... |
| "As the mother of a family and the wife of an English clergyman, I humbly trust that my principles are good," Mrs. Bute said, with a happy solemnity of conviction; "and, as long as Nature supports me, never, never, Mr. Clump, will I desert the post of duty. | - Как мать семейства и жена английского священника, я смиренно верю, что держусь добрых правил, - произнесла миссис Бьют с несокрушимой твердостью духа, - и пока мое естество позволяет мне, никогда, никогда, мистер Кламп, не покину я поста, на который поставил меня долг. |
| Others may bring that grey head with sorrow to the bed of sickness (here Mrs. Bute, waving her hand, pointed to one of old Miss Crawley's coffee-coloured fronts, which was perched on a stand in the dressing-room), but I will never quit it. | Другие могут разными огорчениями довести до одра болезни эту седую голову (тут миссис Бьют взмахнула рукой, указывая на одну из принадлежащих мисс Кроули накладок кофейного цвета, надетую на подставку в ее будуаре), но я никогда не покину ее. |
