— Да ты сомлела, сестрица! А ну, пошли-ка, спать тебя уложу. — Это Альф ее потянул в свой дом.
— Да отчего к себе сестру вести хочешь? — Возмутился Асти. — Пусть у меня остается. Мои жены ей уже у печки, к жару поближе, постель постелили.
Вот оно что! Нарасхват у них пошла дорогая гостья! Слушала спор братьев Арья уже сквозь дрему и улыбалась счастливо. Дома! Она снова была дома!
— Сестрица! Вставай! — Проснулась от того, что кто-то теребил за плечо. Она открыла глаза, а это рядом стояла младшая жена Асти. — Я тебе теплой воды приготовила для умывания. И завтрак. А наши-то уже все разошлись. По делам. У кого, какое…
Лисица знала, что здесь вставали вместе с солнцем. И что дел всегда всем хватало. Вот и не стала сама залеживаться. А через некоторое время супруга Асти уже вела ее по поселку и все показывала, что у них здесь хорошего было.
— Видишь? Мы стену оборонительную вокруг поселка закончили? А еще вон ту вышку для лучников приметила? Да, ее пару месяцев назад здесь еще не было. А ведь это все получилось к зиме достроить, благодаря тебе. Да, да! Нам за твое участие в отборе деньги гонец доставил, а Альт с Асти посовещались и решили их на эти вот нужды потратить. — Довольно обвела глазами молодая женщина сомкнувшуюся у крепких ворот изгородь. — А еще получилось семян лучших к весне заготовить. На те же монеты. И, насколько знаю, у Альта еще деньги остались. Говорит, на черный день. Не дайте, Боги, такому наступить.
— Я рада. — Улыбнулась Арья в ответ.
И вот она уже третий день была в поселке, все успела обойти, все рассмотреть, а ничего примечательного больше и не происходило. Чего она ждала? Да Альфа, естественно. Раньше-то как дело обстояло? Новости от них к красным лисам и обратно, казалось, ветром переносило. Что же сейчас-то изменилось? Не могло такого быть, что про ее приезд сюда родственники не прознали. А если так, то почему же Альф к ней еще не явился? Загадка! И она лисичке очень не нравилась. И чтобы не мучиться дольше, решила кого-нибудь про кузена расспросить. Обратилась она все к той же молодке.
— Так ведь, Альт запретил нам языки распускать. — Зашептала на ее вопрос родственница. — Сказал, что сам выдерет того, кто проговорится красным-то лисам. Но оно и понятно!..
— Почему?
— Альфа жалко. Он тогда, как ты в столицу уехала, такого натерпелся, что, наверное, чуть с ума не сошел. Ох, и переболевал же он тобой, Арья! Сил не было про его муки знать. А сейчас, вроде, все у него в душе улеглось. — Пожала виновато женщина плечами, заметив, как сникла Арья. — Не тревожила бы ты его более, а, дева? Он и так столько мук принял, сколько не каждый смог бы пережить. Пожалей его, Арья…
В этот день глаза Лисы не могли ни на что смотреть. Все туман какой-то взор застилал. И в груди что-то творилось непонятное. Будто воздух весь с силами вместе оттуда вышел, а новый вдохнуть никак не получалось. И такая тоска навалилась! Казалось, хуже себя чувствовать не возможно было. Ан, нет, возможно. На следующий день, заметив перемену в сестре, ее пригласил для разговора старший брат.
— Арья! Про Альфа забудь. Он неделю назад протянул руку под ритуальные ленты. Жрец помолвку провел, народ тому свидетелем был, и молодые теперь женихом и невестой по праву считаются.
— Вот оно что!.. — Зашептали ее губы, а из глаз сами по себе покатились крупные слезы.
— Да, сестра. Если честно, то лучше бы тебе было не приезжать. Мы, конечно, тебе рады, но…
— Я все поняла. — И не удержалась — всхлипнула. А еще языком ухватила соленую-соленую слезинку, скатившуюся прямо к губам, и рукавом платья утерла порывисто глаза.
— Он как умер, Арья. Нет прежнего Альфа. Другим совсем теперь стал. Мужчина пытается дальше жить, к новой жизни потянулся, а тут снова…ты. Вот я о чем говорю.
— Понимаю.
— А если так, то не рвала бы ты ему и дальше сердца, а? Ведь, не любишь ты его также, какой тебя…любил.
— Да тебе-то, откуда знать, Альт?! — Вдруг зло вскинулась девушка на старшего брата и сверкнула глазами, как порезать хотела.
— Я знаю, что тебе тоже больно, Арья. — Положил брат свою мозолистую руку сверху на ладонь сестры. — Но знаю и то, что сейчас сказал только правду.
— Она у всякого разная бывает! — Снова сверкнули ее глаза.
— Спорить не будем. Но если ты отправишься в то селение, то я прокляну тебя, сестра.
— Вот оно как! — Закусила она до боли губу. — Яснее ясного сказал, Альт.
— Как могу. Потому что хорошо знаю твое упрямство, Арья.
И она промаялась среди молчания окружающих и косых взглядов еще сутки. А на следующий день к ним в поселок пришел Альф. Он именно пришел. Ни верхом прискакал, а те километры, что отделяли поселки рыжих и красных лис, как есть, прошагал. И, похоже было, что в путь отправился в тот же момент, как весть о ее приезде достигла его ушей. И вот он показался в конце дороги. Шел быстро, походкой размашистой. И она его сразу узнала. Издалека. Совсем издалека. Потому что ждала. Не смотря ни на что, ждала. И сердце забилось чаще, когда еще и глаза-то Лиса не видели. Почувствовало его приближение. И в голове как выстрелило: «Вот он, идет!»
