На востоке евразийской степи зооморфные изображения были известны и в предшествующее время. Это прежде всего фигурки различных животных, сделанные из бронзы, в древних традициях литья, известных племенам карасукской культуры Южной Сибири. Сходные вещи встречаются и в Северо-Западном Китае, в провинции Ордос (так называемые ордосские бронзы). Эти изображения отличаются весьма условной моделировкой поверхности, которая при этом не знает сходящихся под углом плоскостей, а создает поверхность округлую, гладкую и при этом не передающую натуру во всех подробностях. В искусстве карасукской культуры есть склонность к определенному акцентированию деталей изображения, но не в той степени и не в таких формах, как в скифском зверином стиле. Глаза животных, как правило, тоже круглые и увеличенные, но этим, пожалуй, и ограничивается сходство в акцентировании деталей. Никакого преувеличения лап, когтей, ушей, пасти, столь хорошо знакомого нам по скифскому искусству, мы не встретим в южносибирском литье эпохи поздней бронзы. Отмеченного сходства, однако, достаточно, чтобы понять, насколько хорош был этот источник изобразительных средств, в то время когда они были очень нужны.
И действительно, древнейшие образцы скифского звериного стиля из восточных степных областей недвусмысленно показывают нам, откуда были позаимствованы основные приемы вновь сложившегося искусства. Свернувшиеся в кольцо хищники на золотых бляхах из Майэмирской степи, конечно, исполнены по законам этого нового искусства: об этом говорит и строго канонизированная поза, и усиленно акцентированные когти на концах лап, и увеличенный глаз. Однако поверхность их тела не построена плоскостями — ее мягкий рельеф выдает происхождение нового стиля от искусства карасукской культуры.
То же можно сказать и об изображении хищника в такой позе из кургана Аржан{67}: у него также отсутствует «скифская» моделировка поверхности тела. Золотая бляха из Сибирской коллекции Петра I{68} уже утратила мягкую «карасукскую» моделировку поверхности, но так и осталась не разложенной на плоскости. Впрочем, отмеченная черта еще будет упоминаться впоследствии, когда речь зайдет об искусстве сложившегося звериного стиля и его локальных особенностях; здесь же важно отметить те источники, которыми пользовались мастера в эпоху сложения звериного стиля и которые затем послужили основой его разнообразия.
Искусство востока степи эпохи поздней бронзы знало не только бронзовое литье. В настоящее время широко известны изображения на скалах и особых камнях-обелисках, получивших в литературе название «оленных камней» именно из-за того, что они богато украшены изображениями животных, в основном оленей.
Изображения на камне (петроглифы) трудно сравнивать со скульптурными: приемы изображения неизбежно должны быть иными не только из-за различий в технике, но в основном оттого, что в рисунке на плоскости непременно присутствует фон, которого не имеют скульптурные изображения. По этой причине нарисованный предмет в меньшей степени отграничен от окружения по сравнению со скульптурой. Однако именно по этому признаку, пожалуй, проще всего выделить петроглифы скифского звериного стиля из всех прочих. Мастер эпохи неолита и бронзы щедро использовал предоставленную ему возможность разместить фигуры животных на плоскости, связать их между собой каким-нибудь сюжетом и в результате оставлял нам композицию, в которой всегда интересна прежде всего связь между изображенными фигурами. Такая же ситуация наблюдается и в средневековье, где в наскальных изображениях тоже часты композиции. Совсем не так в скифское время: как мы уже знаем, в скифском зверином стиле звери изображались сами по себе, мастера этой эпохи редко создавали композиции.
Все эти рассуждения о различных соотношениях фигур и фона в разные эпохи основаны на выделении петроглифов скифского звериного стиля из прочих по чисто формальным признакам{69}.
Хотя изображения на камне выполнены в другой технике, нежели те, о которых шла речь на предыдущих страницах, между ними есть определенное сходство. Прежде всего здесь мы видим те же канонические позы: на петроглифах Таласской долины (Киргизия) представлены те же хищники с согнутыми под тупым углом ногами (у них и концы ног отмечены уже знакомыми нам кружками){70}, там же есть и строго профильные изображения оленей «на цыпочках»{71}; такие же изображения есть и в петроглифах Минусинской котловины{72}, Горного Алтая{73}и Иссык-Куля{74}. Сходство со звериным стилем прослеживается не только в позе и в строгой профильности, но и в намеренном акцентировании бедра и лопатки; зачастую эти детали даже выделяются спиральными завитками — прием, не оставляющий сомнений в его культурной принадлежности.
