Действительно, из общих для обеих групп признаков— большой круглый глаз, выступающий за контур головы, большое треугольное ухо, треугольный выступ над лопатками — последний может быть трактован как целесообразный в одном случае и реликтовый — в другом. Так, у изображений оленей с «клювовидными» мордами этот выступ имел композиционное значение, позволяя наиболее компактно разместить ряды фигур, у зверей же с четырьмя ногами он такого значения не имеет (если скажем: уже не имеет — получим реликтовый признак). Анализ формальных особенностей в работе Я. А. Шера удачно дополнен тем наблюдением, что именно изображения, подобные «реалистическим», встречаются и в памятниках развитого звериного стиля, в отличие от изображений оленей с «клювовидными» мордами, которых там нет{78}, и эволюция изображений на камнях вполне обоснованно получает направление, противоположное ранее признанному.
Само по себе такое инвертирование эволюции, как видим, вполне обоснованно и не встретило бы возражений при одном условии — если бы эта эволюция действительно имела место. Но не нуждается ли этот факт в доказательствах едва ли не более основательных, нежели построение эволюционного ряда и споры о его направлении? Поскольку само это представление сформулировано в общем-то a priori, попробуем обойтись без него и посмотрим, к чему в этом случае приведет нас анализ тех же формальных особенностей изображений. Эта задача существенно облегчена тем, что в цитированных здесь работах интересующие нас признаки уже подробно рассмотрены.
У изображений обеих групп есть признаки, как сближающие их со сложившимся звериным стилем, так и отличные от него. Изображения животных с четырьмя ногами сближают с образцами звериного стиля такие признаки, как большой круглый глаз, длинное треугольное ухо, а также поза — хоть здесь и показаны все четыре ноги, а не две, как мы привыкли видеть на строго профильных изображениях в зверином стиле, но сама поза «на цыпочках», когда ноги не стоят, а свисают вниз, свойственна скифскому звериному стилю. Такие же глаз и ухо свойственны и изображениям оленей с «клювовидными» мордами{79}. Сходство этих последних с оленями звериного стиля усиливается такой же позой (подогнутые ноги) и трактовкой рогов в виде длинной, плавно изогнутой ветви с S-видными отростками{80}.
И еще одно сближает этих оленей с более поздними изображениями — часто на оленных камнях Монголии они нарисованы вплотную друг к другу, покрывая сплошь поверхность камня{81}. Подгоняя фигуры плотно друг к другу, мастер использовал каждый их изгиб, чтобы вписать в него соответствующий изгиб соседней фигуры. Этот факт не противоречит высказанному ранее суждению об отношении скифского искусства к фону и к композициям фигур: помещенные рядом олени не объединены никаким сюжетом, а составленная из их фигур композиция скорее сродни орнаменту, основанному на повторении элементов. Обращает на себя внимание другое: подобный прием взаимовписывания фигур будет потом распространен в скифском зверином стиле восточных областей степного пояса — Тувы и Казахстана— и получит название «загадочной картинки». Подробнее об этих «картинках» еще будет идти речь. Здесь же хочется отметить их исток и в основном связь этой группы изображений со звериным стилем еще и по этому признаку.
Отличия обеих групп изображений от образцов звериного стиля также выделены исследователями. В первой группе это наличие всех четырех конечностей животного и выступа-горбика над лопаткой{82}, во второй — короткие ноги, удлиненные пропорции головы и корпуса, иногда изображение лишь части туловища, а также особенная плавность линий{83}.
Таким образом, коль скоро археология пока не в состоянии определить, что чему предшествует (построенная Я. А. Шером эволюция от одной группы к другой, по убыванию значения горбика на спине животного, была бы хороша в случае безоговорочно доказанного факта плавного эволюционного развития— для эпохи сложения стиля она маловероятна), можно предложить объяснение и в духе концепции «цитирования». Две группы изображений животных в ранних петроглифах не обязательно разновременны и могут отражать различные равноправные пути сложения скифского искусства. Следы их в равной мере читаются в развитом зверином стиле — это и уже отмеченные признаки сходства скифских изображений и оленей с «клювовидными мордами», и выявленная Я. А. Шером связь изображений с четырьмя ногами с теми, которые известны в последующих памятниках — на майэмирском зеркале и в изображениях из Уйгарака.
