Ибн Сина тонко отличал психопатологические расстройства от психических и неврологических состояний[133]. Гениальное его определение сумасшествия и слабоумия дали основу современному учению о различии негативных и позитивных синдромов, о необратимости течения психических заболеваний, А его описание психических отклонений по всей шкале: от мании до меланхолии, дали основу науки о депрессивных состояниях. Бесценен и его вклад в учение об эффективных синдромах, а также смешанных эффективных состояниях, — и сегодня это спорный вопрос! — о сезонности заболеваний, ритмике психоза — проблема, которой ученые начали заниматься лишь недавно. Наблюдения Ибн СИНЫ в области витально-эффективных расстройств оказались крайне важными в свете современной проблемы быстрорастущих психических заболеваний. Ценно И утверждение Ибн Сины о переходе меланхолии в шизофрению. Кроме того, с полным нравом Ибн Сину можно считать основоположником геронтологической психиатрии. В современных спорах о природе эпилепсии мысли Ибн Сины имеют глубокое живое научное значение. Он отлично разбирался и в регулярном механизме нервной системы, который современная наука лишь — недавно разграничила на два и дала им точные определения: соматический (отвечающий за движение и чувствительность) — у Ибн Сины Это душевная сила, и вегетативно-трофический (отвечающий за обменно-трофическую функцию даже в том случае, если движение и чувствительность нарушены) — у Ибн Сины это животная сила. Вот этот гениальный отрывок: «Если орган лишился душевных сил, — пишет Ибн Сина, — но еще не лишился животной силы, то он живой… Разве не видишь ты, что онемевший член или член парализованный сейчас же теряет силу ощущения и движения, восприятию которых мешает… закупорка, образовавшаяся между мозгом и данным органом в идущих к органу нервах. При этом член все еще живет. Орган, который постигла смерть, теряет и ощущение и движение и подвергается гниению и разложению. Следовательно, в парализованном органе имеется сила, которая сохраняет ему жизнь. Когда же препятствие устраняется, к нему опять течет сила ощущения и движения».
В зависимости от повреждения третьего желудочка мозга Ибн Сина первый в истории медицины описал болезнь «тяжелого нарушения сна» (энцефалит), которая в Европе была определена лишь в 1918 году. Вот доказательство: «Самая глубокая спячка, — пишет Ибн Сина, — возникает при ранении тех желудочков мозга, которые вызывают столь же глубокую спячку при давлении на них опухоли или воспаления»
Рассказывая о первой сосудистой оболочке глаза, которая питает его, Ибн Сина бросил мимоходом фразу, над которой снобы смеялись, а ортодоксы всех религий сходили в проклятьях: «Нет нужды в том, — писал Ибн Сина, — чтобы все части первой оболочки служили целям питания. Это осуществляет только ее ЗАДНЯЯ часть», современная медицина подтвердила, что действительно осуществление зрительного акта обеспечивается «особенностями морфо-функционального состояния заднего его отдела — сосудистой оболочки, играющей исключительно важную роль в подвозе биологически активных веществ, необходимых для синтеза зрительного пурпура», — пишут советские ученые Б. Вовси и Л. Кальштейн. Таким образом, указание на особую роль задней части сосудистого тракте глаза я связь его с определенным участком мозга — приоритет Ибн Сины.
Бесценно для науки я такое его утверждение: «При той слабости зрения, в которой соучаствует мозг, имеются некоторые признаки, указывающие на повреждение мозга, причем бывают повреждены и другие чувства». Оно соответствует предмету новой науки — нейроофтальмологии, изучающей многообразие глазной симптоматики в зависимости от заболеваний центральной нервной системы.
— Так вот, — продолжает Бурханиддин-махдум, — все у него находит объяснение! Даже слепота. Я всегда испытываю благоговение перед слепыми. Это же божье предопределение но плоти! И мы можем быть так наказаны безбожие и непослушание. Или дети наши… И потом, встречая слепого, острее чувствуешь свое благополучие, свое здоровье, понимаешь, что обласкан богом. А если горе у тебя, то при виде слепого не таким это горе кажется страшным. Вот как мудр был бог, создавая слепых! А что пишет Ибн Сина? «Слабое зрение, слепота происходят от повреждения задней частя мозга». Ибн Сина может объяснять даже то, почему я вдали вяжу плохо, а вблизи — хорошо. И наоборот. «Если глаз в состоянии распознавать близкие предметы… но не в состоянии распознавать отдаленные, — пишет он, — то пневма глаза ясна и здорова, но скудна. Если же зрение слабо в обоих отношениях, то зрительная пневма скудна я мутна». Он знает природу и белых пятен на глазу, которыми бог запечатывает зрение грешников. Различает оттенки цвета этих пятен: «белый, как гипс, золотистый, желтый, серый, черный… Наиболее поддаются лечению, — делает он вывод, — катаракты воздушного, жемчужно-белого, голубовато-белого и бирюзового цвета». Как же он лечит катаракту? А очень просто! Берет в руки нож и… вырезает ее! Вырезает предопределение бога!
