За столом шла размеренная беседа довольных вкусным угощением и никуда не спешащих людей. От обсуждений авторского права перешли к представительству СССР в ООН, затем к ратификации майского договора, срок которой был назначен буквально вчера, потом к Вьетнамской войне и снова к ООН. Рядом Анатолий с сестрой увлеченно обсуждали исторические предпосылки возможного воссоединения ФРГ и ГДР, будто и не метали друг в друга ядовитые копья в начале обеда.
Ася уже не слишком вслушивалась в разговоры. Размешивая ложечкой чай, она думала о том, что, возможно, она переоценила свои способности, что может и не стоит ей лезть в этот мужской мир со своими идеями, что достаточно радоваться достижениям Кирилла, как своим, поддерживать и помогать ему, как и подобает хорошей жене. Девушка прекрасно знала, что в советской дипломатии, как по большому счету и в любой другой сфере, за исключением особо специфических, женщине было очень сложно построить успешную карьеру. Единственный путь наверх был через удачное замужество, способное протащить ее через заиндевелый советский сексизм и консервативный патриархат, открывая двери туда, куда женщинам обычно хода не было.
«А может Кирилл – это и есть мой главный успех, и мечтать о большем уже кощунство?» – думала девушка.
Ася погрузилась в раздумья и вынырнула на поверхность только когда услышала за столом свою фамилию. Она подняла голову от чашки и оглядела гостей в поисках оратора.
- Да, Гречко тебе, Василь Василич, в горло вцепится за такие предложения! – ухмылялся замминстра Новиков, – У меня еще с прошлой комиссии по договору ОСВ шея болит.
- А вот пусть младшая товарищ Гречко нам скажет свое мнение! – вдруг обратил на нее внимание министр, – Она вроде как к обеим сторонам отношение имеет самое прямое – отец военный, будущий муж– дипломат. Да и сама на дипломатический паспорт нацелилась.
Андрей Андреевич сделал паузу, будто давая его словам улечься в головах слушателей, и внимательно посмотрел на Асю. Девушка неслышно положила чайную ложку на украшенное голубым узором блюдце и выпрямила спину, выдерживая пристальный взгляд министра. По телу пробежал холодок волнения, во рту, будто нарочно, пересохло так, что она не могла даже сглотнуть, не то, что произносить речь. Она почувствовала, как Анатолий дотронулся до ее руки под столом, успокаивая и придавая уверенности.
- В своей аналитической записке, которую мне показал Анатолий, вы довольно резко высказываетесь в пользу политики постепенного, но в конечном итоге, полного всемирного разоружения, а также вы активно работали над протоколом к майскому договору об ограничении ПРО. А глубокоуважаемый мною маршал Гречко, напротив, отстаивает позицию наращивания военных разработок и увеличения бюджета на оборонную промышленность. Так кто, по-вашему, способен решить стоящие перед нами мировые проблемы – дипломатия или армия? Решающий голос за искусством заключать выгодные международные договоры или мощью вооружений?
Все обернулись на Асю в ожидании ответа, чем чуть не лишили ее сознания.
- Товарищ министр, – робко начала Ася, пытаясь захватить побольше воздуха, чтобы не сбиться на полуслове, – Я, безусловно, считаю, что дипломатия играет ключевую роль в мировой современной политике. Иначе я бы не выбрала эту профессию делом своей жизни.
Замминистра Кузнецов поджал губы в довольной ухмылке и, слегка наклоняя голову, кивнул Новикову, дескать «Вот так!».
- Но в то же время, – продолжала Ася уже увереннее, – Я уверена, что влияние дипломатии без военного потенциала государства равно цене чернил, которыми написаны эти договоры.
Министр переглянулся со своими заместителями и с интересом посмотрел на девушку.
- Товарищ Гречко, а вы не будете возражать, если я запомню эту фразу и выдам ее за свою на ближайшем съезде ЦК? – проговорил он, довольно улыбаясь.
- Конечно, мне будет очень приятно! – задыхаясь от восторга, воскликнула Ася.
- Василь Василич, может, возьмем девушку с собой на встречу в верхах будущим летом. Она как раз с мужем в Вашингтоне будет, – шутливым тоном проговорил Андрей Андреевич, – Гречко, вы как летом будущего года, не заняты?
- Я буду свободна! – с готовностью пионерки откликнулась Ася, – У меня только диплом и все.
- А, ну диплом – это важно, – кивая головой, продолжал по-доброму улыбаться Громыко, – Без диплома с Никсоном встречаться как-то несерьезно.
Ася так и не поняла, шутит министр или нет, оглядывая улыбающиеся лица гостей, участвовавших в беседе, но волна ликующего восторга уже подхватила ее, лишая способности анализировать и делать выводы. В голове уже вращались образы Никсона, Брежнева, Вашингтона и ее собственная тонкая фигура в голубом польском костюме в составе советской делегации.
