Идеальная деревня полностью

Вивасия берет Далласа за плечи и смотрит ему в глаза.

– Даллас? – Она старается говорить ровным голосом, хотя ей хочется кричать. – Где твоя сестра?

Вивасия вновь испытывает некое ощущение гордости, потому как мальчик понимает ее вопрос и указывает за изгородь, за колодец Девы, вверх, на холм, откуда они с Розой спустились вчера.

Она встает, держа Далласа за руку. Тянет его за собой, выбегает сквозь пролом и глядит на холм.

Розы не видно. Сколько времени прошло, пока она говорила с Рут? Минуты. Девочка не могла уйти далеко.

Куски проволоки лежат на земле, и Вивасия оглядывается вокруг, чтобы понять, как ее сняли. Вот оно – секатор Кей, которым та пользовалась почти каждый день, когда была жива. Теперь он затупился, поржавел, но явно еще годится для работы.

Тихо ругнувшись, Вивасия шагает дальше.

Обойдя широким полукругом колодец, от которого по-прежнему несет какой-то дрянью, она глядит на дорогу. Там стоит полицейская машина, всего одна, и сотрудников не видно. Вивасия надеется – молится, чтобы они находились у главных ворот, выпроваживали репортеров, и понимает: если это так, у нее совсем мало времени на поиски Розы.

– Пошли, – говорит Вивасия и поднимает Далласа на руки.

Благодаря занятиям, которые посещает со своими новыми соседками, она в хорошей физической форме, но далеко не атлет. Холм крутой, и Вивасия редко отваживается подниматься туда. Там ничего нет, кроме луга и редкого леса, да еще старая мусорная свалка, которую оградили, перекрыв к ней доступ, больше десяти лет назад.

Иногда зимой дети из окрестных деревень и городков приходят на этот холм с санками. Вивасия много лет наблюдала за ними, а когда сама была ребенком, тоже каталась там с Келли. Но теперь снегопады редки, и холм уже не кажется таким привлекательным, как в то время, когда ей было десять.

На середине подъема Вивасия ставит Далласа на землю и берет его за руку.

– Ты можешь идти? – спрашивает она.

Он молча устремляется вперед, не выпуская руки Вивасии, теперь он тянет ее.

– Мы найдем твою сестренку. – Она тяжело дышит, карабкаясь на холм. – Мы найдем Розу.

Но, господи, что, если нет?! Это место теперь совсем одичало, девочка могла свернуть куда-нибудь, пойти на восток или на запад, углубиться в лес, бродить кругами и заблудиться или рвануть напрямик и выбежать на главное шоссе, где ездят большегрузы.

Вивасия уже видит, как Роза перелезает через отбойник и ступает на четырехполосную, загруженную транспортом автотрассу.

Она тихо скулит.

Даллас останавливается.

– Ам.

От этого звука – не слова, до этого еще далеко, но ничего подобного она еще от него не слышала – Вивасия встает как вкопанная.

– Что? – нетерпеливо спрашивает она.

Мальчик глядит направо, и Вивасия следит за направлением его взгляда. Там – человек. Вивасия втягивает в себя воздух. Это Роб, его размашистую походку она узнает везде.

Роб тоже ее заметил. Она нетерпеливо ждет. Он поднимает руку и жестом показывает ей, чтобы стояла на месте.

– Давай, давай, – бормочет Вивасия, переминаясь с ноги на ногу, пока Роб взбирается на холм.

Добравшись до них, он утирает со лба пот.

– Роза пропала, – говорит ему Вивасия. – Она отодрала панель и пролезла сквозь дыру в изгороди, пока я говорила с Рут. Мы должны найти ее. – Вивасия прищуривается. – А ты почему здесь?

Надо отдать должное Робу, он не тратит времени на расспросы, но и не отвечает на вопрос, а вместо этого машет рукой в сторону вершины холма.

– Она ушла туда? – Вот и все, что он сказал, прежде чем тронуться в путь.

Пятнадцать минут они идут молча. Вивасия слышит, как бешено колотится сердце у нее в груди, а холм все тянется вверх, никаких признаков, что земля под ногами скоро станет ровной. Она смотрит влево. Даллас начал передвигаться на четвереньках. Его лицо, прежде болезненно-зеленое, раскраснелось от напряжения.

– Погоди! – кричит Вивасия и плюхается на землю рядом с мальчиком.

Роб спускается к ним, краем подошвы своего крепкого ботинка замедляя скольжение вниз.

– Ты в порядке, приятель? – спрашивает он у Далласа.

Мальчик тяжело дышит.

– Ладно. – Роб встает на карачки и глядит на малыша. – Забирайся.

Даллас таращится на него.

Вивасия бросает благодарный взгляд на Роба и обращается к мальчику:

– Даллас, ты покатаешься на нем, как на лошадке, а?

Даллас не смотрит на нее, а переводит глаза на холм.

– Я посажу тебя, а ты просто держись крепко. – Вивасия поднимает его, легкого как перышко, и усаживает на спину ожидающего ношу Роба. Она наклоняется к малышу и вдыхает его запах, касается горячей влажной щеки и говорит: – Не бойся, ничего страшного.

Они снова с трудом взбираются вверх. Вивасия украдкой косится на Роба, примечает, как сжаты у него губы, как он придерживает руками ноги Далласа и часто подкидывает его, чтобы устроить поудобнее.

Она закусывает губу. Ей хочется засыпать Роба вопросами, узнать обо всем, что ему сказали в полиции.

Что им известно?

Какие у них подозрения?

И что он им сказал?

Вот только легкие не позволяют ей говорить, и найти Розу гораздо важнее всего остального, происходящего в поселке.