Идеальная пара полностью

— Так сколько раз ты ее трахнул? — спрашивает Грир. — В сумме сколько раз?

— Больше пяти, меньше десяти, — говорит Тег.

Грир тошнит. Легко понять, чем Тега так привлекла Мерритт. Она была красивой, молодой, свободной, раскрепощенной. В Мерритт пылал мятежный дух. Кто бы не захотел покувыркаться с Мерритт? Но Грир чувствует себя так, словно ее вот-вот вырвет, по другой причине: она думает о самой себе, о том, что было с ней, пока ее муж и эта девушка спали шесть, семь, восемь раз. Что в это время делала Грир? Писала ли она свой совершенно посредственный роман или планировала свадьбу их сына? Но чем бы Грир ни занималась, на Тега внимания она не обращала. Она даже на минуту не задумывалась о собственном муже.

— И всё? — спрашивает Грир. — Больше ничего не было? Ты завел с ней роман, а потом бросил? Она переживала из-за этого. Я видела, как она плакала в прачечной комнате во время репетиционного ужина. Поэтому, когда будешь разговаривать с полицией, скажи им, что она была эмоционально нестабильна и грозилась покончить с собой, если ты от меня не уйдешь. Скажи, что катал ее на каяке, чтобы попытаться воззвать к ее здравому смыслу. Ты доставил ее обратно на берег, потом пошел спать. Она утонула сама.

— Ну, — говорит Тег.

— Что — ну?

— Все немного сложнее, — произносит он. Откашливается. — Она была беременна.

Грир закрывает глаза. Беременна.

— Тебе прямая дорога на виселицу, — говорит она.

На лице Тега появляется страдальческое выражение; Грир попала своим ядовитым дротиком ему прямо промеж глаз. Девушка была беременна. Беременна незаконным ребенком Уинбери. Лишь мысль об этом приводит в ужас, но в то же время Грир не чувствует удивления. Томас Уинбери — старший, более известный как Тег, уничтожил свою семью. Его недальновидность, его низкие побуждения и слабый характер осквернили имя Уинбери. Он совершил убийство и будет пойман.

Грир может сколько угодно мысленно поносить Тега, но она знает, что в конце концов скажет что угодно и сделает что угодно ради того, чтобы его защитить.

Раздается стук в дверь спальни.

Это Томас.

— Вернулся шеф полиции, — говорит он. — Он хочет поговорить с тобой, пап.

Тег смотрит на Грир. Она кивает, но боится хоть слово произнести перед Томасом. Тег должен придерживаться той истории, которую они придумали. Она пытается глазами сообщить ему об этом, но Тег опускает голову, словно без битвы признавая свою вину. Грир хочется пойти на допрос вместе с ним. Ей хочется говорить за него, самой все объяснить. Она, в конце концов, писательница и умеет рассказывать истории.

Но, конечно же, это невозможно. Тег попал в эту передрягу без ее участия. Выпутываться ему тоже придется самому.

Грир до смерти устала. Уже почти четыре часа, именно в это время по плану должна была начаться церемония бракосочетания.

Она ложится в кровать. Она так устала, что может проспать до утра. Возможно, она и проспит до утра.

Мерритт Монако. Ей было двадцать девять лет. Симпатичная, но не необычная. Вот кого трахал Тег.

Отвращение жаром растекается по венам Грир. Едва ли она наивна — в своих книгах она описывала ситуации гораздо более гнусные. В этой интрижке не было ничего оригинального: очаровательный, богатый, сильный и немолодой мужчина, женатый на равнодушной женщине, соблазнил или был соблазнен молодой, красивой и глупой девушкой. Так можно описать всю историю нашего мира от Генриха VIII и Анны Болейн до американского президента и впечатлительной стажерки. Но ощущения все равно в новинку для Грир, потому что она сама впервые попала в такую ситуацию.

Беременна.

Когда Тега обвинят в убийстве, газеты сорвут куш. Богатство семьи Уинбери и писательская карьера Грир сделают эту историю просто невыносимо притягательной для журналистов. Сначала о них напишут в «Нью-Йорк Пост», потом новости дойдут и до британских таблоидов. Грир будут жалеть, а ее фанаты либо возмутятся этой историей, либо разозлятся на то, как поступили с их любимой писательницей. Эта мысль приводит ее в ужас: как много женщин среднего возраста опубликуют возмущенные посты в «Фейсбуке»^◊ или выразят ей сочувствие в письмах? Жизни Томаса и Бенджи будут разрушены. Они станут изгоями. Томаса уволят; Бенджи попросят освободить место в совете директоров благотворительных организаций.

Грир садится. Она не может уснуть. Ей нужна таблетка.

Она заходит в прилегающую к спальне ванную и опускает взгляд на раковину Тега. Там лежит его бритва, помазок, черепаховая расческа. Грир не сможет вынести, если однажды, зайдя в ванную, она не увидит в ней вещей Тега. Они слишком долго были вместе, слишком многое пережили вдвоем.

Грир открывает свой шкафчик для лекарств, и ее посещает странное чувство дежавю. Она словно смотрит, как Грир из недалекого прошлого выполняет точно такие же действия, и в глубине души понимает, что, подняв взгляд, не увидит снотворных таблеток на привычном месте.

«Стоп, — думает Грир. — Подождите минутку!»