Лед стоит всего десять долларов, но Селеста оставляет продавщице — миленькой рыжеволосой девчушке-подростку — пять долларов на чай. Тег и Грир так щедры, что Селесте тоже хочется быть щедрой, пускай и в своем масштабе.
Они садятся на скамеечку у причала, чтобы насладиться лакомством на солнце.
— Так ка́к у вас с Бенджи идут дела? — спрашивает Грир.
Селеста не понимает, что именно ее интересует.
— Все хорошо.
— Мы с Тегом завтра уезжаем обратно в город, — говорит Грир. — Сын моей подруги Элизабет Калабаш женится в «Плазе».
— Ох, — выдыхает Селеста. Она смакует свой лед из маракуйи и думает о том, что до встречи с Бенджи она бы выбрала нечто более знакомое и безопасное, к примеру лимон или малину. — Это мило.
— Думаю, Бенджи хочет провести время с тобой наедине, — говорит Грир. — Ничто так не губит романтику, как надоедливые родители неподалеку.
— Мне нравится ваша компания, — произносит Селеста, не кривя душой.
Когда старшие Уинбери приезжают в Саммерленд, в доме царит семейная атмосфера. Иногда Селесте кажется, что они с Бенджи брат и сестра. Больше всего на свете Селеста мечтает о том, чтобы ее родители тоже однажды увидели Нантакет. Она пытается описать остров во время телефонных разговоров, но едва ли слова способны передать всю красоту этого места. К тому же Селеста знает, что некоторые вещи ее родители все равно не поймут: в их мире не принято ужинать в девять вечера в саду, где стоит фигурка лошади, платить семнадцать сотен долларов за фотографию и даже есть мороженое со вкусом маракуйи.
Четверг и пятница. Тег и Грир уезжают поздно вечером в четверг. Бенджи извиняется перед Селестой, ведь он пообещал сыграть в турнире для членов и гостей нантакетского гольф-клуба, и это займет бо́льшую часть пятницы.
— Без проблем, — говорит Селеста.
Она купила себе новую книгу — «Миссис Флетчер» Тома Пирротты, — и теперь ей не терпится провести немного времени наедине с собой. Селеста знает, что так быть не должно.
— Я приготовил тебе сюрприз, — говорит Бенджи и целует Селесту. — Шутер скоро приедет.
Селеста моргает и отстраняется.
— Что? — спрашивает она. — Я думала, он в Саратоге.
— Он там был, — отвечает Бенджи. — Но у него появилось несколько свободных дней, и я пригласил его к нам.
Селеста понятия не имеет, какое выражение отразилось у нее на лице. Тревожное? Испуганное? Паническое?
— Я думал, тебе нравится Шутер, — говорит Бенджи.
— О да, — отвечает Селеста. — Нравится.
В семь утра в пятницу Бенджи выезжает с парковки на «Ленд Ровере» Тега. В багажнике лежат клюшки для гольфа. Селеста стоит на крыльце и машет до тех пор, пока машина не скрывается за поворотом. Потом она заходит в дом и изучает свое отражение в одном из винтажных зеркал, принадлежащих Грир. У нее светлые волосы и голубые глаза. Она симпатичная, но назвать ее красивой нельзя. И даже если она красивая, то не сверхъестественно. Возможно, она чего-то в себе не замечает? Какого-то внутреннего качества? Она любит животных, природу, окружающий мир. Но это всегда отличало ее от других, делало ее менее желанной, а не наоборот. В детстве и юности она вечно читала энциклопедии или «Нэшнл географик», а в свободное от чтения время подбирала змей и саламандр, сажала их в коробки из-под обуви и пыталась воссоздать для них натуральные условия жизни. Тогда ее не интересовали популярные бойз-бенды, браслеты, которыми обменивались друзья, роликовые коньки или походы в торговые центры за музыкальными дисками или заколками для волос, как сейчас ее не интересует политика в отношении гендерного равенства, социальные сети, сериалы на «Нетфликсе», занятия барре[26] в фитнес-клубах или наряды звезд на Met Gala. Она необычная. Она странная.
Скоро приедет Шутер. Селеста не знает, что делать. Вести себя как обычно? Она переодевается в купальник, берет книгу и идет к бассейну.
Когда она просыпается с книгой, раскрытой на ее груди, Шутер сидит на соседнем лежаке, поставив локоть на колено и подперев кулаком подбородок, и смотрит на нее.
Нет, ей это снится. Селеста закрывает глаза.
— Солнышко.
Она снова открывает глаза.
— Привет, — говорит он. Улыбается. — Бенджи позвонил и сказал, что за тобой надо присмотреть.
— Не надо за мной присматривать, — огрызается Селеста. Она отказывается с ним флиртовать. Она отказывается принимать участие в этом шоу. Бенджи словно
— Ты такая сексуальная, когда сердишься, — говорит Шутер. — Я был рад сюда приехать, я хотел приехать. Все, чего я хотел с тех пор, как уехал отсюда в июне, — это увидеть тебя снова.
— Шутер, — произносит она.
— Ты, наверное, думаешь, что я полный урод, — говорит он, — раз ухлестываю за девушкой своего лучшего друга. Селеста, люди песни пишут о таких ситуациях: Рик Спрингфилд или «Карс», к примеру. А знаешь почему? Потому что так бывает. Так бывает постоянно.
— Но почему я? — спрашивает Селеста.
