– Мне очень жаль, – запиналась Рейна, пытаясь найти подходящие слова. Так как у нее не получалось, она вцепилась пальцами в ТехДек Бишопа и читала то, что написал он: – Авентин был убит горем, когда дроны со взрывчаткой, предназначавшейся для мятежников, поразили ваших детей. Мы возместим вам эту потерю и выражаем наши соболезнования.
– Ничего не возместит этой потери, – выдавил чей-то отец, закрывая лицо руками.
– Он прав. – Чай с сиропом издал смешок от лица Дафны, а Тракс старался всеми силами спасти беседу. Но это было невозможно.
Камера записывала видео того, как Рейна раздает кредиты семьям, но Рейна чувствовала себя от этого еще хуже: казалось, будто она хотела подкупить родителей погибших. Ей казалось, что даже СмотрБоты стыдились ее и отворачивались. В спешке она покинула комнату.
Только Дафна говорила то, что думали все остальные.
– Это действительно просто жутко. – Она полезла в сумку за сиропом и сняла маску, чтобы глотнуть из бутылочки. – Хуже быть просто не может.
– Лучше бы я этого не говорила, – сказала она, когда они добрались до школы. Там перед мемориалом стояли скорбящие люди, которые, как это было принято в Сером округе, измазали свои лица черным пеплом.
– Нам нельзя выходить. – Найф положил руку Рейне на плечо, и она впервые почувствовала облегчение от того, что он сказал.
Он указал на стену, на которой были нарисованы граффити, изображающие маски с шипами. Символ Шипов, судя по всему, заставил его волноваться. Он надел шлем, чтобы пообщаться с солдатами и не допустить того, что это услышат другие.
– Он все верно говорит. – Дафна утопала в обивке сиденья. – Давай лучше поедем дальше. Лучше всего сразу в Авентин, чтобы я могла высказать Тиберию все, что думаю. Честно, я просто в ярости от того, что после стольких лет работы представителем меня просто так послали прочь. Я выскажу ему это. Так точно.
– Мы сейчас никуда не поедем, – возразила Рейна, наблюдая за группой добровольцев, помогающих дронам убираться на улице.
– Почему нет? Нам здесь не рады, – сказала Дафна.
– Нам нужно выйти наружу. – Рейна сделала глубокий вдох.
– Это все выглядит так удручающе, – снова начала Дафна, выглядывая в окно.
– Это слишком опасно, – согласился с ней Найф, поднимая козырек своего шлема. – Район плохо обозревается.
– Они потеряли друзей и родственников. Нам нужно выйти хотя бы для того, чтобы выглядеть порядочными людьми. – Рейна открыла дверь и вышла, прежде чем Найф смог ее остановить.
Она направлялась к ожидавшим ее людям, а за ней по пятам следовали камеры. Люди, казалось, задержали дыхание, когда она проходила мимо. Сердце Рейны стучало все быстрее. Она понимала, что в любой момент в нее могут бросить мусор или камень. Найф последовал за ней с заряженным оружием и не отрывал взгляда от людей вокруг.
Когда они добрались до мемориала, проектор показал лица погибших. Светящиеся угли лежали на земле, но их свет был еле виден из-за смога. У Рейны с собой не было ничего, что можно было бы возложить к мемориалу. Поэтому она просто встала на колени и смотрела на лица, которые появлялись и снова затухали в воздухе.
Двойка, еще одна Двойка и еще одна. Потом была Единица, девочка со светлыми волосами, лицо которой показалось Рейне знакомым. Она была в классе Ларка и просила Благословенных сделать что-то со смогом в округе. Хейл, да, это была она. Хейл. Она была виновницей пустоты в глазах Ларка.
– Принцесса Райана! – Найф подтянул ее к себе, когда вокруг нее залетали три обеспокоенных БойБота. Из их металлического корпуса наружу выглядывали пистолеты и щиты, защищавшие Рейну. – Нам нужно идти!
– Это ужасно, Найф, – прошептала она перед тем, как увидела, что его обеспокоило. Некоторые скорбящие подняли руки вверх, обнажая свои коды, но татуировки были перечеркнуты.
Рейна сделала глубокий вдох, но Найф схватил ее и понес прочь, прежде чем она смогла что-то сказать. Он потащил ее обратно к планеру, а часовые встали между ней и скорбящими, пытаясь ее защитить. Два БойБота летали в воздухе с оружием наперевес, целясь в толпу.
– Нет! – рычала Рейна, но Найф тащил ее дальше.
Она слышала, как один из скорбящих запел песню.
Эхо его слов отражалось от стен, и остальные присоединились к нему, показывая свои перечеркнутые коды на камеру, чтобы весь Авентин их видел.
Они пели. Больше они ничего не делали. Но угроза, исходящая от этой песни, была вполне ощутимой. Найф затолкнул Рейну в планер и забрался следом.
– Что там происходит? – крикнула Дафна.
– Что за кошмар, – ругался Бишоп, касаясь своих очков.
Кто-то бросил камень в БойБота, и он начал стрелять.
– Нет! – рычала Рейна, пытаясь открыть дверь. Но она была закрыта, и планер тронулся. – Не надо стрелять! Найф!
Скорбящие бросились врассыпную, а некоторые взяли камни и принялись бросать их в дронов.
