Я-не я перевернулась на бок, поправила под головой подушку. Теперь взгляд блуждал по комнате, не останавливаясь ни на чём надолго. Тут явно жили две девчонки: мозг успел отметить фотки в рамках-сердечках над письменным столом, плюшевого медведя на полу у окна, кучи цветастой одежды на спинках стульев. У дверей светлячком горел ночник в форме тропической рыбки.
Я-не я, Третья вытащила из под одеяла руку и поднесла к лицу, загораживая свет ночника. Сквозь полумрак призрачной белизной виднелась широкая ладонь, усыпанная точками веснушек, угловатое запястье с торчащей косточкой, короткие, под ноль срезанные ногти на длинных пальцах. Сжав руку в кулак, я-не я погрозила в темноту.
- Кэп. Мне. Ничего. Не страшно, - раздельные, чеканные фразы громким шепотом.
Заскрипела нижняя койка. Заспанный девичий голос спросил возмущенно:
- Полли, ты опять не спишь? Думаешь, я не поехала домой на каникулы и осталась на Аристее, чтоб слушать твою ночную болтовню?
Я-не я спряталась под одеяло с головой. Шепот оттуда вышел совсем тихим.
- Извини. Я сплю. Спи.
Четвертый сон пришел следом.
Мои-не мои руки лежали на столе ладонями вниз. Тонкая, прозрачная желтоватая кожа, безжизненные пальцы-веточки, синеватые изгрызенные ногти. Болезненная хрупкость и бледность.
Я-не я, Четвертый, скользил рассеянным взглядом по напоминающим птичьи лапки рукам, по унылому столу под ними, поднимал глаза на пустые стены, опускал на себя, привычно и устало разглядывая белую бесформенную одежду.
Мои-не мои ноги не дотягивались до пола. Стол тоже был велик, локти приходилось поднимать почти до плеч. Кажется, Четвертый был очень маленьким.
Перед моим-не моим лицом, напротив стола, стояла камера. Рядом чернела головка микрофона. Под потолком виднелись небольшие колонки. Все довольно древнее, закованное в толстые пластиковые корпуса, щетинящееся проводами.
- Ты уверен, что больше не нужно тебя связывать? - раздался из колонок незнакомый мужской голос.
- Да, - голос Четвертого тоже звучал чужим. Совсем тонкий и детский, он имел абсолютно взрослую холодность. - Полный порядок. Я чувствую связь, она держит меня куда лучше цепей и веревок. Правда, сейчас к ней добавилась противная дрожь за сердцем. Что это, доктор, как думаете?
- Возможно, страх, - ответил голос из колонок. - Если хочешь, проведем новые тесты.
Я-не я покачал головой.
- Нет. Пока хватит. Разберусь с этой дрожью сам.
- Как скажешь, Том, - сказал голос доктора.
Четвертый кивнул и прикрыл глаза.
***
Первый. Вторая. Третья. Четвертый.
Пятый?
Я открыл свои собственные глаза. Свои ли?
Медпункт Академии, снова, да. Жесткая койка, капельница, странная невозможность пошевелиться и невыносимая тяжесть дыхания через уже ставшую старой знакомой трубку в горле.
Это ничего не гарантирует. Это не дает объяснений.
До плеч я был накрыт одеялом. Скосив глаза, я разглядел пустоту под ним там, где у другого человека была бы правая рука.
Ладно, теперь верю… немного больше. У остальных было по две.
Ничего не болело, это даже настораживало. Жив ли я вообще? Если учесть последнее, что запомнилось, не считая чужих снов, то собственная смерть представлялась мне вполне возможной.
Кудряшка вскрыла мне горло той самой штукой, похожей на галактиониевую указку. Банальная логика подсказывала, что я должен был истечь кровью, если мне не оказали помощь в первые же минуты.
Но там была Меган, так? А сейчас она где?
Я поерзал на койке, чувствуя, что тело слушается, пусть и с неохотой. Прибор жизнеобеспечения запищал над головой чаще и уверенней.
Меган выглянула тут же, появившись из-за ближайшей ширмы. Ее вид добавил мне еще пару грамм спокойствия. Будь я мертвецом или незнакомцем, вряд ли бы она улыбалась.
- Очнулся, дружок, - сказала она мягко. - Хорошо, что все обошлось.
Я попытался издать какой-нибудь звук, но ощутил только растущую щекотку кашля глубоко в груди. Меган села на мою кровать и погладила сквозь одеяло по ногам.
- Говорить пока может быть сложно, - сказала она. - лучше вообще не пробуй. Глотать тоже. Есть пока придется через трубку. И головой повертеть особо не выйдет, в ответ на мои слова можешь моргать, разве что… Хотя, если хочешь, принесу комм, будешь писать, что тебе нужно.
Кашель рвался наружу, легкие жгло, щекотка поднималась по горлу, отзываясь в нем неожиданной дергающей болью. Меган все заметила сразу, помогла приподняться и прижала прямо к шее пониже бинтов квадратик таблетки. Всосавшись в кровь, он подарил заметное облегчение.
Временную немоту я воспринял спокойно. Уложенный обратно на подушки, я дал себе пару секунд успокоиться, потом высвободил из под одеяла руку и пошевелил пальцами в воздухе.
Меган поняла, тут же сбегав за собственным коммом. Приподняв мою койку в более сидячее положение, она развернула его, уложила на столик для завтраков над моим одеялом и открыла пустой файл в текстовом редакторе.
«Их схватили? Я был прав?» - набрал я сразу же.
- Да, ты был прав, - ответила Меган, без проблем читая вверх ногами.
«И девчонку, и куратора? Удалость доказать причастность обеих?»
