Смерть десятка важных шишек не была целью Феникса, это я понял уже позднее. Она была лишь средством создать неразбериху и отвлечь население от дальнейших политических разборок.
Тем же самым выглядела колонизация Кассандры. СМИ были переполнены репортажами с поверхности новой, теперь такой уютной и пригодной для жизни планеты.
Её называли территорией без войн. Содружество гостепреимно предложило разделить поверхность между всеми странами Ойкумены в соответствии с числом их жителей. Первым делом планировалось переселить все Верхние Города Земли. Временное правительство, назначенное до всеобщих выборов, было полностью послушно Фениксу.
Имя геолога-терраформатора, обеспечившего настолько быстрое появление этого райского уголка, воспевали на каждом шагу. Хосе Гарсия прославился не меньше Саши Кузнецова.
Мои кулаки чесались, когда я об этом думал.
В последнюю ночь перед его возвращением на Орфей я плохо спал, слушая истеричную беготню суровых инженеров и девочек-лаборанток по бесконечным коридорам станции. Саша был прав — все, от Хорды, до грузовых отсеков, от лабораторий до жилых Колец гудело, как растревоженный улей.
К утру наконец провалившись в сон, я увидел ставшие почти непривычными картинки.
Сны от чужого лица.
Я видел комнату Стрекозы. Довоенная музыка тихо, фоном, стены вокруг в рисунках, игрушках, фотографиях. Я-не я сидела на краешке кровати, а рядом спал Феникс, в полурасстегнутом комбезе, в ботинках, явно свалившись с ног от усталости. Осунувшееся лицо белело призрачным пятном на цветастой подушке.
И вместе с тем я видел его сны. Механические монстры-танки и страшный настоящий автомат в руках. Сводчатые мрачные залы, ковровые дорожки и позолота. Костры, лошади, знамена, развевающиеся на ветру. Картинки из прошлых жизней?
Следующим из темноты выплыл город. Вид на столицу Эвридики с нашего балкона. Я-не я, Акула выдыхала клубы дыма, облокотившись о перила. Глазами выискивая что-то в небе, я-не я наконец разглядела крохотный, плывущий по небу далеко за атмосферой огонек. Орфей?
А потом я увидел четвертый сон.
Тесная палата с белыми стенами. Безликий пластиковый стол, на нем книги. Я-не я обернулся на звук открывшейся двери. За спиной стоял мужчина в белом халате.
- Томми, - позвал он. - Слышишь меня? Твоя мать хочет увидеть тебя. Мы включим видеосвязь, если ты согласишься.
Я-не я покачал головой.
Сон кончился, оставив меня настоящего лежать в темноте палаты Орфея, слушать лихорадочный двойной стук сердца и думать, думать, думать.
Картинка из анабиоза стояла перед глазами. Красный гигант, не тусклее чем наши.
Феникс, Стрекоза, Акула, я…
Томми?
***
На часах было семь утра, когда в дверь постучали. Если бы я спал, то был бы жутко недоволен такому раннему подъему, но после увиденных картинок обратно заснуть не удалось.
Дождавшись разрешения, в палату заглянула Акула.
- Привет. Забрать тебя. Кэп приказал.
- Прямо сейчас? - я сел на койке. - Что-то срочное?
Акула покачала головой.
- Сегодня. В любое время. Я рано?
- Немного. На Орфее у меня ещё пара дел. Подождешь, или хочешь со мной?
- С тобой, - не медлила с ответом она.
Зайдя в палату, она робко присела на край кресла в самом дальнем углу. Выглядела она куда лучше, чем в нашу последнюю встречу. И, кажется, начала отращивать волосы.
- Поправилась? - спросил я, не зная о чем говорить. - Все раны зажили?
- Да. Всё хорошо, - ответила привычными рваными фразами она. - А новая рука? Как она?
- Пока не отвалилась, - серьёзно сказал я.
Акула засмеялась.
- Я скучала. Кэп занят. Встречи, политика, дела. Дома не бывает. Стрекоза часто с ним. У меня был больничный. Завтра снова Аристей. Учеба. А ты как?
- Мне тут тоже скучно, - вздохнул я, крутя в металлических пальцах кончик хвоста. - Та же учеба, тренировки… Слушай, расскажи про Стрекозу. Для неё Феникс же не просто друг и начальник? Не понимаю я все эти чувства, то они друг друга подкалывают, то наоборот!
Акула улыбалась.
- Кэп её спас. Вынес из ада. Принц из сказки, - сказала она мягко. - Не могла не влюбиться. Сейчас она — его поддержка. Всегда за спиной.
- Это она плюшевого крыса Фениксу над креслом пилота повесила? - догадался я. - В её «Поллуксе» я тоже видел игрушки.
- Она, - подтвердила Акула. - Быть рядом, когда далеко.
- Вот зачем люди дарят символические подарки? - я стащил с хвоста зеленую резинку, оставленную мне Меган. Буквально на днях я решился сам собрать волосы в косу, наконец-то используя две руки, но потерпел неудачу и запутался, потому пока ограничивался хвостом. - Сентиментальности какие! Ладно, а сам Феникс? Вряд ли «ну-почти-бессмертному» чуваку есть дело до нас, букашек. Думаю, бедная Стрекоза зря старается.
Акула вскинула голову, хмурясь.
- Это не так! Кэп знает и ценит. Поддержка. Кто-то рядом. Даже ему нужен.
- Ладно, ладно, я в таких делах бревно, - не стал я спорить. - Пусть сами разбираются… Меня тема любви не касается.
Акула ждала чего-то ещё. Я вспомнил неловкую темноту больничной палаты, вкус горьких лекарств на её губах.
И тут же круто сменил тему.
