После слов майора Дылда попытался прикопать меня взглядом прямо на месте. Я в долгу не остался, собрав все остатки сил.
- Что?! Ты сам с нами пошел! Я просил только проводить!
- Если бы не прилетел на мой уютненький Марс, ничего бы не было, - не сбавлял оборотов Дылда.
- Если бы я не прилетел на твой сраный Марс, у вас под носом продолжали бы над людьми издеваться! - парировал я.
Возмущенного Дылду оттеснили от машины, пригрозив оружием. Наручники надевать не стали, но я все равно понял — он под арестом и дергаться не стоит.
- Хотели как лучше, - разочарованным шепотом сказала Акула, когда наша машина отъехала, сопровождаемая эскортом из двух полицейских байков. - Все не зря?
Я посмотрел на спящего Томми.
- Не зря.
***
В этот раз анабиоз я перенес на порядок лучше. Видимо, это тоже было делом привычки.
«Сириус» Акулы привел майор Джонсон. Нас упаковали в саркофаги в заднем отсеке без права на возражения. То ли майору не хотелось с нами общаться во время полета, то ли это являлось частью наказания.
Хотя, холодный сон был явно лучше часов тягостного ожидания.
Разморозили нас перед самой посадкой. Саркофаг Томми исчез. На мои возмущенные вопли майор спокойно ответил:
- Мы сделали остановку на Орфее. Я выгрузил мальчишку Кузнецову. Пусть пройдет обследование и адаптируется к силе тяжести. Тех, кто долго жил на Марсе, нельзя вот так сразу в нормальную гравитацию, а в лабораториях Орфея могут создать любые условия. И, хоть Саша и последний идиот, с ним мальчишка в безопасности.
Я представил, как зашивающийся в делах Саша «обрадовался» подкидышу.
- Это он нас сдал, кстати? Откуда Феникс узнал, что мы с Акулой на Марсе?
Майор покачал головой.
- Нет. Пусть Саша и кажется болтуном, секреты он хранить умеет. Нас предупредил Гарсия. Он же выдал координаты. Кэп уже провел с ним беседу… крайне продуктивно. Объяснил, что не стоит ставить подобные эксперименты без его ведома, даже на собственных детях. Особенно на детях.
- Всем влетело, значит, - сделал неутешительный вывод я. - Феникс в президенты не планирует? Кажется, «корона» адмирала флота ему уже несколько жмет.
- Что Феникс планирует, он расскажет сам, - строго сказал майор. - Скоро спросите.
Всю оставшуюся дорогу до резиденции он молчал. Мы с Акулой сохли после разморозки и обменивались безрадостными взглядами.
Я знал, что поступил правильно. Ну, в общем и целом. Но что-то мешало верить в это до конца. Какой-то голосок в дальнем углу мозга твердил, что так крупно я еще не лажал.
Феникс ждал в гостиной, валялся на диване в футболке и шортах, закинув босые ноги на спинку и свесив голову с сиденья. Когда мы вошли, он уставился на нас снизу вверх.
- В душ. Горячий чай. Потом обратно сюда, - сказал он негромко и, кажется, даже дружелюбно.
Вот только ослушаться этого голоса было невозможно.
Полчаса спустя, с полотенцем на плечах и кружкой горячего чая я опустился в кресло и понял, что не представляю, какого разговора ждать. Акула стояла позади меня, не решаясь даже сесть.
Феникс перевернулся и сел по-человечески. Мы не виделись немногим больше месяца, — записи его публичных конференций и выступлений из Сети были не в счет — а выглядеть он стал минимум на несколько лет старше.
А еще он старался на нас не смотреть.
- Живы, целы, значит, не так все плохо, - сказал он нейтральным тоном. - Сашка идиот, конечно, что вас отпустил. Хотя, ты, Джейк, мог на него и надавить. Ты умеешь. Ладно, вину это с него не снимает, свое он еще получит…
- Саша не при чем, пришлось заставить его помогать, - начал было я.
Секундного взгляда хватило, чтобы я прикусил язык. Выдержав паузу, Феникс продолжил тем же ровным, спокойным голосом:
- Знаю, я сам больше всех виноват. Пропал, зашился в своих делах. Содружество из кризиса вытягиваю, страны от войны увожу, человечество в космос веду… ну, и прочие, такие же мелкие, незначительные вещи делаю, да. Кроме того, ты, Джейк, мне официально даже не подчиненный. Так, студент-недоучка. Отчислись — и малейшего отношения к военным иметь не будешь. Никаких прав злиться, никаких претензий и ожиданий. За гребаные тысячи лет мне пора бы привыкнуть, что люди действуют, как хотят, а не как хочу я. Даже если то, что я им готовлю, удобней, полезней и лучше по всем параметрам.
Невозможно даже шевельнуться. Спина взмокла, лицу было нестерпимо жарко.
Это не страх, это что-то другое. Что-то мне почти незнакомое.
Феникс устало потер глаза.
