Меган вернулась от койки Ронг через невероятно долгие полчаса. Она помогла мне аккуратно снять куртку комбеза и накрыла одеялом, оставила левую руку снаружи и аккуратно замотала ее лентами пластиковых сетчатых бинтов.
— Капельница будет стоять всю ночь, — прошептала она. — Не дергайся особо. Позже дам снотворное. Ронг уже спит. Хорошо, что удалось заставить этих куриц уйти.
— А ты будешь спать? — тоже шепотом спросил я.
Меган взяла с тумбочки стакан с недопитым кофе и покатала его в руках.
— Уснешь тут с вами. Давай, дружок, выкладывай, что произошло. Она напала на тебя, так? На всякий случай я пристегнула ей запястья ремнями к койке, когда она уснула…
— Но это же бред! — шикнул я на нее. — Какие ремни, Ронг же не преступник!
Меган прищурилась.
— Думаешь, мне охота, чтоб утром тебя снова пришлось зашивать? Смотри, что было в кармане ее куртки!
Она сунула руку в складки халата и вытащила молочно-белую блестящую “указку”, покрытую подсыхающей кровью.
Я проглотил внезапный ком в горле. Моя кровь. Эта штука валялась на полу в туалете.
Меган кинула “указку” на мою койку, придвинула стул и в два глотка допила остатки кофе.
— Боюсь, что мы никому не можем доверять, — сказала она. — Но, кажется, утром про эту штуку придется рассказать. Если наша теория верна, дружок, ты для чего-то нужен Патрику. Когда утром он узнает, что с тобой случилось, то примчится сюда и допросит девчонку. Пока у нас есть время подумать самим, если хочешь.
Я не отрываясь смотрел на блестящий предмет, которым Ронг легко и непринужденно вскрыла мне руку до самой кости.
— Что это за хрень, вашу мать? — выдавил я из себя.
Меган усмехнулась.
— Значит думаем сами, окей. Черт знает, это какая-то электроника, — сказала она со мной в тон, даже не сделав замечание за ругань. — Могу прогнать под рентгеном, но и без того вижу, что она покрыта галактионием. Видишь характерный молочный блеск у металла? Его ни с чем не спутать.
Одна сторона у “указки” была сплющена до тончайшего лезвия и заострена на конце, как игла, вторая была широкой, напоминая рукоятку.
Какой-то огромный и странный шприц.
Острый и страшный.
— Оно очень острое, — подтвердила мои мысли Меган. — И, кажется, работает куда сложнее, чем выглядит. Это тебе не дубинка. Смотри, игла на тонком конце полая, а на рукоятке — кнопки. Возможно, что-то выдвигается оттуда, как жало у насекомых. Что она сделала с тобой этой штукой, Джейк?
Я вновь вспомнил елозящую внутри моей головы змею и передернулся всем телом. Рассказав Меган все, что запомнил за этот вечер, я сполз глубже под одеяло, чувствуя неуютный холод.
Теперь брезгливо подняв “указку” двумя пальцами, Меган достала из тумбочки пластиковый пакет для отходов и сложила ее туда, после чего закинула в ящик. Потом обхватила себя руками и выругалась вполголоса, не стесняясь в выражениях.
Я молчал.
Меган плотнее закуталась в халат, будто тоже замерзла, уселась обратно на стул и закусила нижнюю губу.
— Надо подумать, — сказала она. — Хорошенько подумать. Что могут пешки в большой игре? Думать перед своими ходами, вот и всё. Говоришь, Аристей и модули? Я не должна тебе рассказывать, но в силу обстоятельств… Ты знаешь, кто отец Ронг?
— Профессор Ли, препод на Аристее, — ответил я, вспоминая подслушанный ночью диалог.
Меган кивнула.
— Он нейробиолог по первой специальности, член парламента, доктор наук и еще куча титулов и наград. В общем, важная шишка. Последние годы он активно голосует за отмену закона, запрещающего ставить имплантируемые модули в организмы детей, не достигших совершеннолетия, если для того нет жизненно важных причин. Пока ему это не удалось, но всё может быть. А его дочь, Ронг… В младенчестве из-за аварии на Орфее, станции, на которой они жили с семьей, она получила страшные травмы. Она не должна была выжить, но выжила. Значительную часть мозга ей протезировали имплантами. Девочка с электронными мозгами, она выросла без каких-либо отклонений и даже получила категорию А по здоровью, что позволило поступить сюда.
— Девочка-киборг, — проговорил я. — Ладно, у нее комп вместо половины мозга, но зачем ей в чужие лезть? Завидует или наоборот? Смотри, она не хочет пускать модульников к отцу… А ее отец — тот еще говнюк, да?
— Да, с ним Саша много пересекался по работе. И каждый раз после встречи плевался и матерился. Говорил, такой человек ничего святого не имеет и ради своей цели родную маму продаст.
— Мудак, — резюмировал я. — Но что двигало Ронг в ее попытках влезать в чужие мозги? Не могу понять…
Меган притащила свой комп и развернула его на коленях.
— Напишу брату — может, он знает про исследования профессора Ли. И Сашу Кузнецова спрошу, — сказала она, стуча по клавиатуре. — Надеюсь, он сейчас в Солнечной системе и получит письмо сегодня, а не с очередным транспортником в систему Эвридики.
— А ты не боишься во всё это лезть? — осторожно спросил я. — Думаешь, если за твоим братом следят, а меня пасут, то тебя не заставят заткнуться, если начнешь копать?
Меган подняла голову от компа и улыбнулась мне.
