– Ладно, – недовольно проворчал Бэнкрофт. – Надеюсь, этого будет достаточно. В конце концов, вряд ли найдется много четвертеликих людей.
– Зато двуличных полно, – пробормотала Ханна.
– Только посмотрите, обманутая жена наконец решила взбрыкнуть. – Бэнкрофт закатил глаза, потом кивнул Стэнли и Оксу. – Вы двое пойдете со мной. Попробуем получить хоть какие-то ответы насчет того, что случилось вчера ночью. – Затем указал на Реджи и Ханну. – А вы двое отправляйтесь в отель и выкачайте информацию из нашего источника в полиции. Любой ценой.
– Достаточно всего лишь вежливо спросить, – прокомментировала помощница редактора.
– Значит, теперь это так называется? – фыркнул Бэнкрофт, после чего хлопнул в ладоши. – За дело! Нас ждет работа. Попытайтесь напортачить как можно меньше.
– Как всегда, вдохновляющая речь, – сказал Реджи.
– Прошу прощения. – Грейс подняла руку.
– Зачем ты так делаешь? – удивился Окс.
– Заткнись, – велел Бэнкрофт. – Мне нравится. Ввожу новое правило: с этих пор каждый должен поднимать руку, чтобы получить разрешение высказаться. Да, Грейс?
– Как я упомянула минут десять назад, у меня есть вопрос: что делать с тем парнем внизу?
– Конечно, ты же больше привыкла к тому парню наверху.
– Твое чувство юмора столь же сомнительно, сколь и личная гигиена.
– Не нужно переходить на личности, – проворчал Бэнкрофт, породив среди подчиненных волну вскидывания бровей.
– Я имела в виду парня, сидящего в подвале, – пояснила Грейс.
– А что с ним?
– У него достаточно еды? Воды? – Она сморщила нос и добавила: – У него есть ведро?
– Интересно, – прокомментировал Бэнкрофт, изогнув брови, чем непреднамеренно завершил волну. – Вчера мы не подозревали, что вампиры существуют, а теперь гадаем, как они…
– Я хотела сказать, – прервала его Грейс, – что мы не можем просто оставить бедняжку прозябать в цепях. Наш долг – позаботиться о нем. Иначе будет не по-христиански.
– Ну, – протянул Бэнкрофт, – что-то я не встречал упоминаний о вампирах в Библии. Вряд ли они могут считаться тварями Божьими. Если только просто тварями…
– Но…
– Ладно, ладно. Уговорила. Возьми немного денег на расходы, отправляйся к мяснику, купи очень сочный стейк и… ну не знаю, дальше сама разберешься. Ведро, кажется, тоже где-то было.
– Я видел у Мэнни, – сообщил Окс.
– Думаю, его лучше не беспокоить, – вздохнула Ханна.
В последние несколько часов из печатного цеха доносились необычные шумы: громкий топот и грохот. Никто не спускался проверить, в чем дело, но она подозревала, что вторая половина Мэнни осталась весьма недовольной гостем в подвале. Звуки создавали ощущение, что внизу кто-то спорил с самим собой.
– Хорошо, ведро тоже купи, – уступил Бэнкрофт. – Будем надеяться, что оно не понадобится нашему ручному вампиру до твоего возвращения.
– Обычно они спят в гробах, – добавил Окс. – Там тоже вряд ли предусмотрены удобства.
– Вообще, я никогда не видел, чтобы в кино вампиры ходили в туалет, – задумчиво прокомментировал Стэнли.
– Подобное редко случается в любом фильме, – вздохнул Реджи. – Дама Джуди Денч за свою невероятную творческую карьеру снялась во множестве разнообразных по тематике картин, ни в одной из которых не встречалось и намека на посещение уборной.
– Забавно, я как раз слышал пикантные сплетни по этому поводу, – оживился Стэнли.
– И ты оставишь их при себе, – оборвал его Бэнкрофт и снова захлопал в ладоши. – Давайте же, за работу! Бегом, бегом, бегом! Мне и без того сверхъестественного дерьма хватает.
Все встали, но как раз в этот момент от дверей раздалось покашливание с целью привлечь внимание. Там стояла хмурая доктор Картер.
– Проклятье! – выругался Бэнкрофт. – Беру свое последнее заявление обратно. Очевидно, еще привалило.
Ханна проводила гостью в кабинет главного редактора и встала на уже привычное место возле окна. Хотя они с доктором Картер встречались в общей сложности четыре раза, даже не слишком хорошо ее зная, можно было сказать, что она взбудоражена. На обычно безупречном костюме красовалось кофейное пятно, а в ушах висела только одна сережка.
Одна часть Ханны злорадно ликовала при виде столь бедственного положения неприятной особы, буквально служащей злу, но другая, великодушная часть напоминала, что нужно прощать людей, а женщины должны поддерживать друг друга. В конце концов, кто в этом мире не совершал ошибок?
Доктор Картер села в кресло и окинула помощницу редактора презрительным взглядом с головы до пят, заметив:
– Это от тебя так отвратительно воняет?
«Забираю свои слова обратно, – решила благонамеренная часть Ханны. – Сжечь ведьму!»
– Нет, но вы… – начала она.
Ее прервал вошедший в кабинет Бэнкрофт, громко хлопнув дверью. Он поступал так не только тогда, когда был зол, но и в любом эмоциональном состоянии.
– Жаль, что ты не позвонила, прежде чем заявляться сюда, – проворчал он. – Тогда я бы приложил все усилия, чтобы убраться из редакции как можно скорее.
– По крайней мере, не застав тебя, я бы могла счесть, что ты занимаешься делом. Какого черта происходит? – резко бросила доктор Картер.
