— Ну и что толку? Они увидят разницу в цене? А если красивое платье мне важнее цифр в чеке?
— Иногда в цифрах вся красота.
Я посмотрела на него с удивлением и увидела необыкновенную картину — стальной взгляд искрился солнечными зайчиками. Словно полированный клинок отражал свет в летний день.
— Ты специально меня дразнишь?
— Возможно, — ухмыльнулся Филипп.
Я фыркнула и спросила:
— Забрал подарок?
— Сейчас вынесут.
Платье меня больше не интересовало. Зато следующий магазин мог похвастаться знаменитыми туфлями с алой подошвой, без которых ни в одно приличное место не пускают.
— Примеришь? И платье? — коварно шепнул Филипп на ухо, заставляя меня снова погрузиться в горячие мечты, для которых было совсем не место.
— Платье нет, а вот знаменитые «Пегаль» от Лабутена было бы интересно…
— Давай.
Не знаю, как отреагировали бы на меня продавщицы, если бы я пришла одна, если они тоже видят разницу в цене во всем, что на нас надето. Но Филипп обеспечивал мою благонадежность, поэтому мне мгновенно принесли мой размер.
Я надела эти туфли, готовясь восхититься символом роскоши, и…
— Ужас! — сказала искренне, падая обратно на стул.
Хотела пожаловаться Филиппу, но он куда-то пропал. Пожав плечами, я попросила померить еще одну модель — знаменитую «Кейт». Причем не просто черные, а — в розах. Смотрелись они — отвал башки!
Но…
— Знаешь, я была всю жизнь уверена, что дорогая обувь должна быть удобной! — заявила я Завадичу, когда он наконец нарисовался рядом. — Иначе в чем смысл? Но это просто пыточное устройство какое-то!
— Ой, вам нужно посмотреть другую модель! — защебетала продавщица. — Давайте попробуем «Мисс Зет»! У нее более устойчивый каблук!
— Нет, спасибо, я уже выяснила, что хотела! Идем!
Я подхватила Филиппа под руку и тут заметила, что рядом с ним с очень терпеливым выражением лица и немного застывшей улыбкой стоит девушка и держит в поднятых руках сумку.
Демонстративно так держит.
Розовую. С замочком.
— Это…
— «Келли-25» в розовом цвете, одна из самых популярных моделей Биркин, которую… — начала девушка.
— Филипп? — я подняла на него глаза.
— Это подарок, — пояснил он, не двигаясь с места. — Я заметил, что ты ходишь с какими-то странными сумками. Думаю, небольшой знак внимания от меня будет тебе приятен.
— Биркин? — я на всякий случай поморгала, вдруг у меня галлюцинации. — Она несколько миллионов стоит, да?
Он неопределенно пожал плечами, а улыбка девушки стала натянутой. Она открыла рот, чтобы продолжить свой спич, но закрыла и покосилась на Завадича. Но тот и не думал ей помогать.
— Теперь я понимаю, что ты имел в виду, когда говорил про досаду за напрасно потраченные на ерунду деньги… — я закатила глаза. — Спасибо, мне не нужно, у меня есть сумка. И рюкзак. И еще сумка. Несколько.
Филипп поморщился:
— Ты понимаешь, что разница слишком очевидна?
Он ободряюще кивнул девушке и та улыбнулась шире, набирая в легкие воздух:
— Каждую сумку вручную шьет только один мастер «Эрме». На создание уходит восемнадцать часов, мягчайшая кожа полируется вручную. Это больше произведение искусства, чем аксессуар…
— У меня тоже сумка ручной работы, — я качнула своей маленькой кросс-боди сумкой с росписью в духе сюрреализма. — И, думаю, ее шили ничуть не меньше времени.
— Ноунейм? — Филипп умудрился вложить в одно слово годовые запасы снобизма.
— Именно! — кивнула я с гордостью. — Биркин каждая собака знает, и в твоих кругах наверняка можно встретить толпу девушек с точно такими же моделями. А у меня — единственная в своем роде. Ты не понимаешь, что это круче?
— Упакуйте сумку. И туфли. Эти и те.
Голос у Филиппа был стальным, как и его взгляд.
— Они неудобные! — попыталась возразить я.
— Какие у вас удобные? — обратился он к засуетившимся продавщицам через мою голову.
— Если не подходит Кристиан Лабутен… — девушка нервно сжала туфли в руках. — То, если хотите, можно примерить что-нибудь от Джимми Чу.
— Примерим.
И, как я ни сопротивлялась, мне пришлось померить еще одни туфли. Я хотела упереться, но Филипп спокойно сказал, что тогда он купит несколько пар разных размеров и моделей и мне самой придется продавать лишние у метро.
Надо понимать, о существовании Авито человек до сих пор не знал.
И я их примерила. И он мне их купил.
На самой высокой шпильке. Хоть и без красной подошвы — но они действительно были удобнее.
В ресторан мы ехали в атмосфере явного раздражения. Филипп нервно дергал руль «бентли», я сидела рядом, а за моей спиной в черно-оранжевые пакеты была упакована еще одна машина, выраженная в туфлях и сумках.
Чтобы окончательно все испортить, я хотела поинтересоваться, как поживает золотистый «Майбах» после моей царапины. Но пока искала формулировку поядовитее, поняла, что мне больше не хочется бесить Завадича.
Я и так его сегодня довела.
Наоборот, попыталась смягчить тон и спросила чуть виновато:
— Тебе к этому моменту свидания другие девушки уже наверное минет прямо на ходу делают, да?