Филипп выждал три долгих секунды, дожидаясь, пока я начну оправдываться, но я тоже молчала, ожидая продолжения. Но оно оказалось совсем другим.
— Любая другая девушка на твоем месте давно сделала бы уже миллион селфи и выложила их в…
— Запрещенную соцсеть? — хмыкнула я. — Вы, господин Завадич, любите нарушать законы?
— …ВКонтакте, — закончил он. — Неужели не хочется похвастаться?
— Чем?
— Пионами, например.
— Какими пи… А!
К нашему столику на этот раз тащили целую корзину нежно-розовых пионов.
Вот теперь я была впечатлена. Розы я действительно никогда не любила, и фотки с бесконечными розовыми букетами казались мне верхом пошлости. Зато с пионами — оказалось, что количество очень даже важно. Чем больше цветов, тем ошеломительнее окружающие тебя розовые облака. Воплощенная нежность…
Я услышала первый щелчок фотоаппарата именно в этот момент, но внимания не обратила. Как и на второй. И на несколько следующих. Пока они не стали уже откровенно навязчивыми.
Пришлось выныривать из розово-зефирного рая.
Вокруг нашего столика кружил щуплый парень в необъятных сиреневых штанах, волочащихся по полу. В руках у него была зеркалка с мощными объективом, а на лице — выражение азарта.
— Не поняла! Это что за папарацци? Я не давала разрешение на съемку!
— Я дал, — спокойно сказал Филипп. — Тебе же нужны красивые фото для соцсетей. Я фотографирую плохо, решил довериться профи.
— Я не веду соцсети! Только оформляю чужие аккаунты. Так что можно вот это вот все… — я махнула рукой, заслоняясь от объектива.
— Подружкам похвастаешься.
— Подружкам я на словах похвастаюсь, они мне и без доказательств верят.
Филипп взял со столика бокал с водой, откинулся на спинку дивана и обвел взглядом зал.
Заняты были все столики. И почти за каждым сидела хотя бы одна очень красивая девушка в легком не по сезону платье и с явным недостатком веса.
Большинство не выпускало из пальцев с длинными вычурными ногтями телефоны. Они записывали кружочки, делали селфи, выстраивали кадры для художественных рилсов, используя как реквизит чашечки кофе, цветы, еду, бокалы вина и своих спутников.
От спутников, правда, оставалась чаще всего только рука с часами или край воротника с узлом галстука.
Почему не целиком — было более чем понятно.
Особенно, если сравнить их с Завадичем.
На нас с ним девушки косились с явной зависть. Уж он-то выступил куда более изящным аксессуаром для фото роскошной жизни.
— Можно все-таки обойтись без фотографа? — попросила я. — Или пусть он тебя снимает. Покажет твоей маме, как ты хорошо кушаешь.
К этим словам как раз и подали горячее — крошечный кусочек оленины в окружении каши из кедровых орехов мне и слегка поджаренный сверху сырой стейк для Филиппа.
Повинуясь быстрому жесту, парень с зеркалкой мгновенно все осознал и испарился.
— Что вообще происходит? — спросила я, вдумчиво тыкая вилкой в свое блюдо, поинтересовалась я. — Огромные букеты, панорамные бары, шопинг, постановочные фотки… Идеальное свидание по мнению Филиппа Завадича?
— Идеальное свидание по мнению любой модной московской девушки, — кивнул он.
— Собери бинго из рилсов? — понимающе кивнула я. — С цветочками, коктейлями и пакетиками из ЦУМа? А какая-то кастомизация под меня не предполагалась?
— Конечно. Ты же не думаешь, что я каждой любовнице дарю машину еще до первого свидания?
Чем в Филиппе я без сомнений восхищалась — тем, как быстро он адаптировался к каждой нестандартной ситуации. Если что-то шло не по плану — ему требовалось всего несколько секунд, чтобы вновь надеть свою холодную стальную маску и доспехи, выкованные из абсолютной власти.
Вот и сейчас он ловко разрезал свое сырое мясо на кусочки и поглощал их с аппетитом, как ни в чем не бывало, хоть я и разрушила все его планы на это свидание.
— Откуда мне знать? — пожала я плечами. — Ты предложил мне ровно ту сумму, которой мне не хватало на машину мечты. Значит ли это, что если бы мне не хватало миллионов этак двадцати на «Гелик», ты бы предложил их?
— Теперь уже никогда не узнаем. Ты выбрала другую дорогу.
— Подарки, а не деньги? — уточнила я.
Он наклонил голову, подтверждая. Кажется, в уголках этих упрямых губ пряталась ехидная улыбка, но… Нет, через маску не разглядеть.
— Почему ты вообще предпочитаешь рассчитываться деньгами? Подарками же проще. Кому чего не хватает — то и даришь…
— Мне не нравится наблюдать, как после расставания девушка продает серьги с изумрудами, которые везли из Африки точно под цвет ее глаз. Вместе с другим брендовым ширпотребом от поклонников.
Уф-ф-ф…
Мне стало до обморока неловко.
Филипп как будто случайно уронил щит и дал увидеть незаживающую рану в окружении старых шрамов. Я отвернулась, чтобы случайно не встретиться с ним взглядом и не дать ему понять, что я заметила, как ему до сих пор больно.
Потянулась за ягодами на блюдце, преувеличенно бодро и громко рассказывая: