Очередная волна оказалась слабой, и Адаму она помогла добраться до оконного проема. Он схватился за шершавую скользкую поверхность, почувствовал, как в него вцепилась Диана. Оба напряглись в ожидании очередного удара стихии. Этого не произошло – буря выдохлась. Все стихло так же резко, как и началось.
Адам и Диана посмотрели друг другу в глаза, хотя не могли видеть выражение в них. Тьма значительно ослабла, но видимость оставалась нулевой. Оба ждали, прислушиваясь, Диана по-прежнему держала его обеими руками. Обычно таких долгих пауз у бури не было, но изредка случалось и такое.
– Повезло, – прошептал Адам. – Кажется, лодка целая.
– Забирайся сюда.
Он помедлил с ответом.
– Нет… Вот-вот рассвет, и мы… уберемся отсюда.
– Не лучше ли затаиться здесь? Убедиться, что Марк и Борис вообще выжили? Вдруг мы найдем Стефана?
Адам колебался. Заманчиво обнаружить, что враги погибли, Стефан жив и беглецы нашли его. Адам в это не верил. Если Марк и Борис утонули, утонул и Стефан.
Адам забрался в лодку, осторожно, прислушиваясь к оглушающей после бури тишине.
– Надо уходить…
– Хорошо.
– Как девочки?
– По-прежнему. Нину даже буря не разбудила.
– Что же с Тамарой?
– Я попытаюсь привести ее в чувство.
– Только осторожней.
Адам ждал, поглядывая на небо, прислушиваясь к шепоту Дианы, тормошившей Тамару. Они избавились от смертельного соседства и уцелели. Все как нельзя лучше. Адам пытался предугадать, остался ли Марк в живых. Буря была не сильной и не слабой, всякое могло случиться. Но Адам не верил в такое везение: этот гад жив, должен был выжить. Пришлось побороть усилившееся стремление забраться в дом и пройти на другую сторону, убедиться, что ничего изменить нельзя и к врагам не подобраться.
Несчастный Стефан… Опять им придется пожертвовать ради сестер и Дианы. Он не имеет права так рисковать.
– Адам, – Диана возникла в оконном проеме. – Тамару не растормошить. Но она… дышит нормально, как будто спит.
Он осмотрелся. Он уже видел смутные силуэты ближайших домов.
– Спускайся в лодку. Я подам тебе девочек.
Он помог ей вернуться в лодку, забрался в комнату, первой передал Нину, затем Тамару. Диана помогла ему оттолкнуться, они отчалили. Он греб осторожно, но с каждым пройденным метром чувствовал себя смелее.
Светлело. Адам не отводил взгляда от дома, где они едва не стали жертвой Марка. Как и Диана. Они одновременно заметили смутный силуэт в оконном проеме. В том проеме, где они спрятались в бурю.
У Дианы вырвалось сдавленное восклицание.
Это могли быть Марк или Борис.
Он их заметил, сомнений не было. Силуэт подался вперед, как будто человек хотел прыгнуть в воду, застыл. Исчез.
– Чтоб вас… – Адам перешел на мощные гребки. – Какого черта вам не сидится?
Диана молчала, глядя назад, подавленная, лишенная сил.
Единственный плюс – они вовремя убрались. Но бегство продолжалось.
То, что ждало их впереди, стало тем большей неожиданностью, что вперед беглецы посматривали редко, наблюдая за лодкой Марка, которая появлялась, исчезала и снова появлялась, чтобы вскоре ненадолго исчезнуть.
Марк не кричал, не стрелял по беглецам. Насколько Адам рассмотрел в бинокль их лица при улучшавшейся с каждой минутой видимости, и Марк, и Борис выглядели угрюмыми, сосредоточенными и… спокойными. Наверное, они были слишком измотаны за ночь, чтобы еще грозить беглецам, орать, требовать остановки. Они угрюмо смотрели вперед, часто меняясь на веслах, чтобы держать высокий темп.
Адам не заметил, чтобы расстояние заметно сокращалось, но все-таки это происходило. Дело было не в том, что у него открылось второе дыхание. Он, конечно, старался на пределе своих возможностей, дважды отказывая Диане, объяснил ей, что она поможет ему, когда он действительно выдохнется. Причина была в том, что преследователи теряли некоторое время, когда, обогнув очередной дом, не замечали беглецов и замедляли темп, неуверенные, надо ли двигаться по-прежнему прямо или же искать лодку за одним из домов чуть в стороне. Заминки возникали уже несколько раз, одна за другой, но это лишь отодвигало неизбежное – Адам не выдержит такого темпа в течение целого дня, до темноты. Он не ел, не спал, всю ночь провел в напряжении, и чувство, что некий предел все ближе и ближе, усиливалось, становясь отчетливым.
Случайно он встретился взглядом с Дианой, обернувшейся к нему, и даже не смог ей улыбнуться. Он выдыхался – малейшее движение давалось с трудом.
– Адам… Пусти меня за весла.
Он сделал пару гребков, прежде чем ответил:
– Еще минуту…
Она не настаивала. Адам огляделся, рассчитывая найти некое укрытие, в котором они смогут остановиться и попытаться создать хоть какую-то защиту. Это казалось хлипкой затеей, но еще более гибельным выглядело решение оставаться в лодке. Рано или поздно Марк окажется на таком расстоянии, что рискнет продырявить лодку, не зацепив девушек. Или вообще пристрелит Адама.
Ничего, что обнадеживало, Адам не заметил. В отчаянии он посмотрел вперед. И застыл. У него вырвалось глухое восклицание. Диана, заметив его лицо, обернулась. Тоже замерла.
