Между двух приземистых домов, выглядывавших из воды всего на три этажа, находился Корабль. То, что это Корабль, Адам осознал по фотографиям в лаборатории и рисункам из книг. Насколько он помнил, здесь, в затопленном городе, Кораблей не должно быть, но сомнений не осталось: они видели Корабль.
Позже Адам вспомнил, что есть не только Корабли, плавающие по большим морям, есть речные суда, хотя понятие река – лента воды, текущая по твердой земле, – оставалось такой же загадкой, признаться, несколько противоестественной, как и твердая земля – суша? – на неограниченном пространстве. Если допустить существование речных судов, перед ними мог быть теплоход с тремя палубами, пассажирский, как их называли.
Понимание этого пришло позже, сейчас Адам с Дианой рассматривали внезапно появившийся Корабль, казалось, застрявший между двух домов. Неожиданность цепко держала их, не меньше минуты никто из них не оглядывался на лодку преследователей.
Диана подалась к Адаму, сжала его руку.
– Видишь?
Он увидел до того, как она договорила.
Шестиконечная звезда. Она была начертана на борту Корабля. Начертана красным, который со временем превратился – постарались бури, дожди и солнце – в тускло-размыто-розовое. И все же звезда оставалась заметной, лишь потрясение от самого Корабля помешало беглецам рассмотреть звезду сразу.
– Знак, – прошептала Диана. – Опять знак.
– Откуда он здесь? Я про Корабль.
Диана оглянулась.
– Нам надо туда, на Корабль.
Адам оглянулся. Преследователи гребли как прежде. Возможно, они сбавили темп на какой-то момент, пораженные не менее беглецов, но уже они наверстывали упущенное.
– Я на весла, – сказала Диана, и Адам не спорил: руки казались мертвыми.
Адам понял, что они успеют подняться на борт раньше, чем приблизятся преследователи, и теперь смотрел на Корабль. Около сотни метров в длину. Сложно сказать о ширине, но вполне возможно около полутора десятков метров. И высота трех- или четырехэтажного дома.
Кто оставил знак на борту теплохода? Какова вероятность того, что тот, кто нарисовал знак в Башне, не имеет отношения к тому, кто начертал знак на стене высотки и тем более к звезде на борту этого теплохода? Вероятность кажется низкой. Если допустить, что это сделал один-единственный человек, кроме своего отца Адаму никто не приходил на ум. Именно отец однажды сказал фразу «То, что вверху, то и в низу», и эти слова имели отношение к шестиконечной звезде.
И все же это не мог быть Иван, не мог он оставить знак так далеко от Башни, от дома. Когда он сюда добрался? Это уйма времени. Адам не помнил, чтобы отец исчезал надолго. И почему сюда? Откуда он мог знать, что его дети окажутся здесь, преследуемые Марком и Борисом? Это не укладывалось в реальность. Как? Почему?
Еще Адам понял, что без расшифровки надписей отца им не обойтись. Ключ, без которого ничего не открыть.
Пока же он должен оставить эти вопросы – сейчас ответы на них ничего не давали. Им нужно спастись. Если кто-то отметил это место, сейчас нужно, чтобы это было не зря. Марк преследовал их и так же, как они, видел это место.
– Лестница, – сказал Адам. – Правь туда.
Борт теплохода не был высоким, но забраться на него с лодки было нереально. Посередине борта был прикреплен трап. Диана выдыхалась, и Адам, несмотря на то что руки практически не восстановились, попросил пустить его за весла.
– Нет… я сама…
Он не настаивал, сосредоточившись на окнах теплохода. Приближаясь к нему, Адам замечал новые детали. Окна и иллюминаторы нижней палубы завешаны чем-то изнутри, какой-то материей, может, даже забиты. Детали скорее не понравились и не обнадежили, нежели наоборот. Они указывали, что на Корабле кто-то есть, живет сейчас, хотя оставался шанс, что все это осталось от прошлого. Выяснить это можно, поднявшись на борт.
Через минуту лодка должна была ткнуться носом в борт, когда Диана издала приглушенное восклицание.
– Я видела, видела… – она задохнулась, не в силах закончить.
– Что? – Адам осмотрел оба дома, между которыми находился Корабль, но ничего подозрительного не заметил.
– Там дернулась занавеска… на втором ярусе…
– Уверена?
– Там кто-то есть…
Адам оглянулся. Он сам склонялся к мысли, что Корабль не пустует, но у них сейчас не было выбора. Марк все ближе, они обессилены, бежать некуда. Им необходима помощь, хотя уверенности, что им эту помощь окажут, не было.
– Давай, к лестнице, – сказал Адам. – Больше некуда…
Лодка ткнулась носом в борт возле трапа. Адам схватился за лестницу, подтянул лодку ближе, быстро привязал ее канатом. К счастью, руки отпускало, Адам уже не ощущал прежней забитости мышц.
– Диана, бери Нину.
Адам обернулся, прикрепил за пояс топорик, закинул рюкзак на плечи, почувствовал взгляд Дианы, которая замерла вместо того, чтобы лезть за Ниной. Адам увидел в ее глазах отчаяние.
– Давай, бери Нину!
– Где мы там спрячемся? Они найдут нас! Это не квартира на самом верху, с непробиваемой дверью.
Отчаяние Дианы передалось, и Адам почувствовал страх, безысходность, но вариантов у них не было. Преследователи не останавливались.
