Постепенно ошеломление слабело. Отец как-то говорил, что все – абсолютно все – в этом мире со временем приходит в негодность, слабеет, дряхлеет или тускнеет, все, даже чувства. Если бы Адам мог поговорить с Дианой, возможно, стало бы легче, ее мнение могло быть полезным, но оба решили, не сговариваясь, что нужно выспаться, пока есть возможность. Вместе они бодрствовали не дольше пары минут. Даже Тамара, бывшая так долго без сознания, заснула и не просыпалась.
В какой-то момент Адам пытался выйти из каюты, но дверь была заперта. Ее можно было только выбить, если получится, и Адам вернулся на место. Он понимал, что так и будет, но не сразу решился убедиться в этом. Они стали пленниками. Не в классическом понимании этого слова, быть может, хозяева Корабля еще не решили, как быть, и страхуются – естественная реакция. Но интуиция нашептывала, что он себя успокаивает и положение беглецов неприятное.
Перед рассветом Адаму послышался какой-то звук за дверью, он подошел, присел на корточки, прислушался. И догадался, что кто-то за дверью храпит. Адам решил, что это Кролик – надзиратель лег на пол коридора, перекрыл телом дверь. Возникло назойливое желание сбежать. Выбить дверь, вытащить сестер, покинуть Корабль. Адам подавил это желание. Он не знал, как достать лодку, не знал, где она находится. Даже одолев Кролика, в чем уверенности не было, он столкнется с Коршуном, вооруженным. Есть Волчонок, которого он пока не видел, есть Куница и Белка. Но и это не все. Услышав про отца, Адам понимал, что должен узнать все, что знали эти люди.
Снаружи встало солнце, Адам разбудил Диану – надо вздремнуть, пока за ними не пришли. Он улегся, Диана присела рядом, на этот раз она хотела поговорить.
– Надо покинуть Корабль… как только сможем, – сказала она. – Если даже они… решат нас не пускать.
– Надо выяснить, что они знают об отце.
– Конечно, – она замялась.
– Что ты хочешь сказать?
– Не разбудить ли Нину? Чтобы узнать, куда нам плыть, если мы отсюда выберемся.
Адам посмотрел на младшую сестру.
– Я плохо понимаю, как эта каюта расположена относительно сторон света. Мы рискуем ошибиться. Может, когда… выберемся?
– Ты прав. Ладно, ложись…
– Только не засыпай.
– Не засну.
Адам закрыл глаза, но заснуть не довелось. Несколько минут он лежал, не в силах расслабиться, оставить мысли, кружившие в голове, как пчелы над разбитым ульем. Когда уже замаячил сон, Адам услышал звук открываемой двери, и даже движение рук Дианы, потормошивших его, стало лишним.
Адам сел, попытался успокоиться, чтобы Кролик, заглянувший в каюту, не заметил его напряжения. Вошел Коршун. Он огляделся, отступил в сторону, пропуская вторую старуху и старика. Они вошли тяжело, медленно, за ними шагнул Кролик, держа в каждой руке по стулу, на которые старики и уселись.
Снаружи кто-то – одна из девушек? – убрал материал, прикрывающий иллюминатор, который находился в коридоре рядом с каютой, и теперь стариков можно было рассмотреть. Оба высохшие, сморщенные.
– Утро доброе, – сказал Адам. – Рад, что вы пришли. Мы хотели узнать все, что вам известно о нашем отце.
Старик и старуха переглянулись.
– Вчера мы не представились, – заговорил старик. – Ваши имена нам известны. Нас зовут Яков и Ойгуль. До Великой Катастрофы мы были мужем и женой. Правда, наши детки дают звериные имена не только себе, но и нас так величают. Так что, если краем уха услышите… Я – Ястреб, она – Ондатра. Чертяки…
Ястреб покосился на Коршуна и Кролика, но те не удостоили его ответным взглядом, они следили за гостями.
– Рады познакомиться. – Адам догадался, что после вчерашнего смакования стариками голоса Дианы она заговорит лишь в крайнем случае.
Ястреб и Ондатра переглянулись в очередной раз. Адам, опасаясь, что сейчас продолжится вчерашняя игра «смутная фраза – пауза, смутная фраза – пауза» и беглецы опять ничего не добьются, решил, что нужно требовать ответы, отринув страх, что это как-то повредит их положению.
– Вы знаете, как нас зовут. Значит, об этом вы узнали от моего отца?
Ястреб медленно – то ли лениво, то ли нехотя – кивнул, но молчал.
– Расскажите, прошу, – сказал Адам. – Не понимаю, как отец оказался здесь… Не понимаю, когда он успел сюда попасть, на ваш Корабль, так, чтобы никто из нас, из детей, этого не заметил.
Ондатра пожала плечами.
– Вы спали. Спали дольше, чем думали. Вам показалось, что прошла ночь, но на самом деле… – она не договорила, как если бы подумала о чем-то другом.
– Что на самом деле?
Ответил Ястреб:
– На самом деле вы спали почти неделю.
– Что? – вырвалось у Дианы. – Неделю…
Старики опять посмаковали ее голос, переглянувшись, и Адам едва сдержался, чтобы не выругаться вслух. Он не понимал причину поведения стариков, но оно вызывало мысли о похоти.
– Неделю, – сказал Ястреб. – Он только у нас, на Корабле, провел три дня. Так что… я бы на вашем месте не удивлялся.
– Три дня? – Адам поразился, хотя понимал, что проспать так долго они могли, если их не будить. – Почему он был здесь так долго?
Ондатра покачала головой.
