Иван был для них староват, но он был «другим человеком», мужчиной, здоровым, во всяком случае, с виду. Он не просто жил в каком-то определенном месте, он что-то искал, исследовал встречные здания – он плыл вперед с определенной целью. Лазутчицы удержались от того, чтобы раскрыться. Главной причиной было то, что Белка, решившая обмануть сестру и «воспользоваться» первым мужчиной из «других людей», сблизившись и колеблясь, не усыпить ли Ивана, чтобы он очнулся уже связанным и беспомощным, или же возникнуть перед ним, не атакуя, почуяла женский запах – чужой запах, который исходил от мужчины. Слабый-слабый, но он был: мужчина жил с какой-то женщиной. Были и другие запахи, слабые, неразличимые – где-то была группа «других людей». Это Белку остановило.
Когда Иван встал переночевать в одном из домов, Белка отыскала Куницу и поделилась информацией. Находили сестры друг друга без проблем: их притягивало как магнитом. Можно было просто двигаться в никуда, и в этот момент та, которую искала другая, испытывала импульс и тоже двигалась навстречу, превращаясь в ту, которая тоже ищет.
Куница и Белка вернулись к Ивану до рассвета – они перемещались во тьме так же уверенно, как и днем, – и продолжили слежку, рассчитывая, что мужчина возвращается к своей группе. Но Иван удивил их. Он остановился перед высоткой – первое пристанище беглецов после Башни – и долго ее изучал, что-то оставил в квартире на верхнем этаже. И продолжил путь. Направляясь в сторону Корабля.
Между сестрами вышел спор. Куница хотела усыпить Ивана и привезти на Корабль к старикам, там же и узнать, где его группа. Белка предлагала повременить и выяснить, какую цель мужчина преследует. Слежка давалась им легко, опасность, что Иван заметит их, была невысокой. Обоняние, слух, способность быстро, бесшумно перемещаться в своих маленьких лодках, и их было двое, они могли использовать совместные действия. При опасности, что Белка раскроется, она отступала, и с другой стороны за Иваном следила Куница. Меняясь, они были практически недоступны для того, за кем следили.
Белка убедила сестру повременить с атакой и захватом, и мужчина вскоре оказался неподалеку от Корабля. Не сближаясь с ним, Иван остановился, какое-то время изучал в бинокль трехпалубный теплоход, где угадывалось присутствие людей, но никого из них видно не было. Теперь сестру переубедила Куница – обеим стало ясно, что мужчина направится к Кораблю и его группа, его женщина остались где-то позади. Куница подкралась к Ивану в здании, прижала к его лицу ткань, пропитанную специальным составом, который усыплял человека на пару дней, если только не дать ему прежде «пробуждающее» средство. Иван сделал один вдох: он даже не увидел, кто и с чем к нему подошел. Что за вещество было у Куницы, Ястреб не рассказал, упомянул только, что изначально оно принадлежало Ондатре.
Все эти моменты объяснили Адаму то, что оставалось неясным в их собственном бегстве. Белка и Куница следили за ними точно так же, как за Иваном, следили еще с «Космоса». Именно там Адаму померещились какие-то звуки, возникло ощущение, что он кого-то видел. Объяснялось и состояние Тамары, ее продолжительный сон и то, в каком положении нашел сестру Адам. Лазутчицы не допустили того, чтобы Тамара сбежала от своих, и «помогли» Адаму ее вернуть. Объяснилось и то, что во время бегства из высотки Адам увидел мелькнувшую на мгновение лодку, решив, что это Марк, который появился чуть позже с другой стороны.
Иван пришел в себя уже на Корабле, где увидел братьев Куницы и Белки, их родителей и тетку. С этого момента додумывать Адаму стало сложнее. Ястреб уже не делился подробностями, и взгляд с его стороны явно искажал произошедшее. Ивану предложили рассказать все о своей группе, подсказать, как и где их найти, как переместить на Корабль.
Как же Иван выкрутился из этой ситуации? Главное почему, вернувшись домой, он не рассказал об этом детям? Почему? Необъяснимое и непостижимое явно имело несколько пластов, сам отец Адама отчасти напоминал мелкую щепку, которую гонит волна, швыряет о стену здания, несет дальше, крутит, топит и подбрасывает, при этом щепка сопротивляется, пытается действовать самостоятельно, одновременно отдаваясь мощному потоку, который ее несет.
