Алексей как раз только что приехал, шуршал пакетами, а вокруг открытого багажника вились девицы, ожидая вкусностей. Смотрите, как быстро привыкли!
— А ну, оставьте нас! — прикрикнула Наташа.
Алексей по ходу всучил быстро обидевшейся пузатой мелочи пакеты, а сам стоял, сметал с ладоней крошки. Взгляд минимально удивленный.
— Ну?
— Слушай, я хочу узнать… Почему ты с нами так поступаешь?
— Как? — Алексей распахнул глаза.
— Ты с нами возишься как… Как с родственниками… А мы ведь проедаем за неделю целое состояние!
— Ну и хорошо! Пока у меня получается кого-то кормить, надо этим пользоваться!
— Ничего хорошего!
— Это почему?
Прибежала Элеонора, притащила сок, потребовала открыть. Алексей влез в бардачок, отыскал там маникюрный набор (!), аккуратно отрезал хвостик пакета. Так аккуратно, по пунктирной линии, просто с ума сойти можно!
— Я уже взрослая, — Наташа посмотрела вслед сестре. Алексей тоже туда посмотрел. Такая потешная малая! Бежит, лапами размахивает, проливая фонтанчиками сок.
— Ну, это я заметил.
— Ты чего-то от меня хочешь?
— Не понял?
Они смотрели в глаза друг другу, и Наташа чувствовала, как краснеет, наливается. Господи, он едва сдерживает себя, чтобы не сморщиться. С чего она взяла, что у него какие-то коварные планы на ее счет? Он ухоженный, с лакированными ногтями! А она?
— Ты хочешь сказать, я делаю что-то, что тебя пугает?
— Нет, — она совсем смутилась. — Просто я привыкла к тому, что бесплатно ничего не бывает! А мы тут поселились, живем за твой счет, и я просто боюсь, что нам придется расплачиваться. Я просто хочу знать, что я могу дать тебе взамен?
Вот дура. Чушь какую-то нанесла…
— А, понятно.
Алексей закрыл авто, поскреб ногтем невидимую царапину на крыле, потом двинулся в сторону сада.
— Ух ты, красиво как…
На самом деле еще ничего такого не было. Просто развалили все старые грядки, выровняли, начали строить альпийскую горку. Правда, прикатили пару валунов. Девицы играли где-то за деревней и отыскали там эти камни, очень круглые, красивые. Договорились с соседом он привез на телеге за бутылку водки… Потом еще покатал, дети очень радовались, а от толстой, грязной лошади пахло потом, и этот запах был приятен.
— Видишь, какую вы работу делаете? Да я на вас еще и экономлю! Если дизайнера нанимать, столько денег пришлось бы выложить! А? Не согласна?
— Нет. Не согласна.
— А зря. Я правду говорю.
Он еще постоял, жадно фантазируя на тему будущего оазиса. Видно было, что человеку очень небезразлично то, что происходит.
— Слушай, а если я пальму привезу? С корнями, как полагается… Будет тут пальма расти?
Наташа задумалась. Нет, конечно, не будет здесь расти пальма. С чего ей тут расти? Тут холодно… Может быть, он так шутит?
Нет, вроде бы не шутит. Прищурил глаз, всматривается, как будто представляет себе вожделенную пальму, коронующую горку. И вокруг — соседские коровники…
— Думаю, пальма помрет. Тут же холодно. А вот елка какая-нибудь или сосна…
— А какая сосна?
— Ну, не знаю… Любая…
— Слушай, — Алексей схватил Наташу за руку. — Давай съездим со мной куда-нибудь в цветочный салон! Поговоришь с ними, пусть они тебе расскажут, что можно посадить! Так хочется необычного! Съездишь, а?
— Съезжу, — пообещала Наташа и успокоилась.
Его действительно интересует только сад.
Ирочка тискала клавиши аккордеона, а сама была мыслями далеко-далеко… Ах, как хочется в Италию… Ах, как там будет здорово… Она возьмет с собой одно такое платьице, мама дорогая!
В этом платьице нельзя гулять по кривым итальянским улицам. В нем нужно порхать, собирая на себя все взгляды. Жаркие взгляды жарких итальянских мужчин… Заорал телефон и все испортил.
— Ира!
— Мать, ну чего тебе?
— Ты когда уезжаешь?
— Через неделю!
— Тетя Сима просит денег в долг. Через месяц отдаст.
— Не дам я ей денег. Она у меня уже брала один раз, отдала только через год.
— Ира!
Но Ирочка не успела поругаться с Валентиной Сергеевной, хотя уже была готова.
Ей вдруг стало плохо и муторно. Она прижала трубку к груди, а сама повалилась вперед и даже высунула язык по-собачьи. Такой приступ тошноты.
Через полчаса пришел Ромка из института и был очень озадачен поведением жены. Ирочка бегала по квартире, копалась в шкафах, разбрасывала бумагу и грязно ругалась.
— Что-то случилось? — поинтересовался Рома между двумя абзацами Ирочки.
— Да! Я потеряла свой календарь!
— И что? Это так плохо?
— Это охренительно плохо! Это просто задница!
Рома испугался. Он не очень понимал, чем же может так расстроить календарь, но спрашивать дальше было рискованно.
— Чего стоишь? — рявкнула вдруг Ирочка и швырнула в него чем-то, что держала. — Беги в аптеку за тестом!
— Куда?
— В аптеку, козел!
Он юркнул в коридор, натянул кроссовки, но уже у двери остановился, хотя понимал, что сейчас крепко получит.
— Ира! Объясни еще раз, что я должен купить?
— Да тест! Тест на беременность!
О-ля-ля!
Он полетел птицей. Ему вдруг стало так страшно, как если бы сейчас началась война и надо было срочно купить средство для спасения от пуль и газов.
