Ярость вскипает внутри, как лава, поднимающаяся из глубин вулкана. Она затапливает всё моё существо, вытесняя разум, логику, осторожность. Перед глазами пелена – красная, пульсирующая. Кулаки сжимаются так сильно, что ногти впиваются в ладони.
– Не смей… – шиплю я, делая шаг вперёд. – Не смей говорить со мной в таком тоне, Реджина.
Её лицо искажается, или это мои галлюцинации? Я уже не могу отличить реальность от больных видений. Знаю только, что ненавижу её всем своим существом. Ненавижу её самодовольство, её власть, её существование.
Моё тело напрягается, готовое к прыжку. В ушах шумит кровь, заглушая все звуки. Есть только она – причина всех моих страданий – и моя ярость, требующая выхода.
"Сделка". Какая, к дьяволу, сделка? Единственная сделка, которую я хочу заключить – это стереть её из своей жизни навсегда.
Мир вокруг продолжает плыть, но Реджина остаётся в фокусе – чёткая, ненавистная мишень.
– Я не Реджина. Торнтон, ты в порядке? – доносится голос, будто сквозь вату. И вновь черты лица Реджины стираются, а голова продолжает кружиться так, словно я катаюсь на чертовой карусели.
Я смотрю на ту, что разрушила моё детство, превратила его в бесконечный кошмар. Женщину, чьё лицо я пытался забыть годами.
– Я в полном порядке! – огрызаюсь я, теряя контроль. – Спасибо за помощь, – говорю я, делая шаг к женщине.
Она улыбается с облегчением, не подозревая о буре внутри меня. Я обхватываю ее лицо ладонями, заглядывая в глаза, которые так сильно мечтал выколоть много лет подряд. Но ничего не мог поделать. По-своему я любил ее. Был одержим, болен, неадекватен. На той вечеринке я видел ее в последний раз – мы занимались таким жестким сексом, что со стороны могло казаться, что это насилие, которое и увидела Аврора. На самом деле, я просто повзрослел и пробовал сменить роли в наших отношениях. Реджине это не понравилось, вдобавок ко всему о нашей связи узнал ее муж как назло в тот день. Именно он заставил ее подать иск на меня за изнасилование, хотя все было не так. На ее теле действительно были синяки и следы от побоев, но это она умоляла меня сделать все это с ней. Плетка ремнем – была в списке наших обычных развлечений.
– Почему ты так на меня смотришь? Отпусти, – шепчет мой личный ночной кошмар. Границы реальности стираются, а весь мир становится соткан из гнева и ярости к той, что насиловала меня дни, месяцы и годы. – Отпусти меня, Кэллум! Отпусти! – истошно кричит она, когда я обхватываю ее за горло.
– Я могу отпустить тебя только в одном случае, Реджина.
– Я не Реджина! – отчаянно лжет женщина. – Очнись! ОЧНИСЬ! ОЧНИСЬ! – начинает вопить она, цепляясь за мою руку.
Я накрываю ее губы своими – мой последний подарок перед концом.
Она не сопротивляется и стонет мне в губы, и это только усиливает мою ярость.
Одно движение – и женщина летит в пропасть. Её крик растворяется в шуме ветра. По моим венам растекается тепло удовлетворения. Это финал. Ее больше нет и не будет. Я понятия не имею, как она здесь оказалась…
Но внезапно другой крик разрезает воздух. Оборачиваюсь и вижу Аврору. Её лицо искажает нечеловеческая ярость.
– Что ты наделал?! – она бросается на меня, её кулаки бьют по моей груди. – Это была она?! Это ведь была она! Я увидела! – она надрывно кричит, задыхаясь в истерике. – Ты убил её! Убил мою сестру! Я даже не успела с ней поговорить! Ты убил ее на моих глазах! Сукин сын! Ублюдок! Убийца!
Я перехватываю её руки, пытаюсь удержать, пока она толкает меня к краю обрыва.
Внезапно ко мне приходит совершенно четкое осознание того, что произошло.