– Не заставляй умолять. Ты нужен мне, – прошу я, упираясь ладонями в стекло. – Мне плевать, сколько глаз на это смотрят.
– Мне не плевать, – раздается ответ Кэллума. – Я не хочу, чтобы на тебя смотрел кто-то кроме меня. Но пока я не решил этот вопрос, я обещаю, что тебя никто и пальцем не тронет. А если тронет – я его уничтожу.
– Не давай обещаний, которых ты, возможно, не сможешь сдержать, – я действительно думаю, что здесь все может развернуться так, как мы сами того не ожидаем. – Мы не сможем остаться в живых вместе. Выберется отсюда только один.
– Тогда стоит поддаться искушению, пока мы живы, – все происходит довольно быстро. Его пальцы касаются моего входа, легко заходя внутрь. – Черт, ты готова, детка. Прости, у меня нет презервативов, но я чист, – до меня не сразу доходит смысл его слов. А в следующую секунду я уже чувствую, как его твердый член разрывает меня изнутри. Сначала он наполняет меня медленно, и в этот момент я даже забываю как дышать. Лишь растворяюсь в новых ощущениях, шокированная происходящим. Боль есть, но она терпимая – растягивающая и вязкая, но его жаркие поцелуи в шею отвлекают меня от неприятных ощущений. Наконец, он входит в меня до упора, шлепнув яйцами по попке.
Черт. Ахереть. Так вот значит, что это, блядь, такое. Он словно живет внутри меня. Отдельной, мать его, жизнью. Пульсирует и увеличивается, и я, как полная идиотка, не могу не удивляться этому.
– Нравится ощущать мой член внутри? – глухо шепчет Кэллум. – Скажи мне, принцесса, я люблю грязные разговоры. Ты умничка, даже не пикнула. Тебе больно?
Нервно сглатываю, ощущая, как все тело пылает огнем, а между ног буквально происходит извержение вулкана. Кэл ласкает мой клитор пальцами, и я бесстыдно двигаю задницей, пытаясь дать себе больше ощущений.
– Не совсем. Мне больше любопытно и приятно, чем больно…
– Крови нет. Ты точно девственница? – усмехается Кэл, и я лишь робко киваю в ответ. – Знаю, что да, потому что я сталкерил тебя несколько лет. Романов за тобой не замечено.
– Что ты делал? – лишаюсь дара речи.
– Всего лишь издалека наблюдал за тобой, детка. Я не смог остаться равнодушным к единственной девушке, что смогла поставить меня на место.
– Если бы я знала, что ты так хорошо ощущаешься, я бы этого не сделала, – мурлычу я.
– Ты привыкла уже? – его губы касаются моего плеча, осыпают затылок и зоны рядом короткими поцелуями. – Хочу трахать тебя. Уж больно ты тугая и сладкая. Но не хочу причинять тебе боль. Арр… черт, – не дожидаясь моего ответа, он заводит мои запястья за спину и начинает делать именно то, что озвучил. Трахать меня.
Медленно. Быстро. Чувственно. Горячо. Я не знаю, как он это делает, но он на сто процентов знает, когда надо ускориться, когда замедлиться и как поставить мои бедра, чтобы попадать в самое чувствительное место внутри, упираясь туда раз за разом.
В воздухе стоит не только запах грозы, но и жаркого, хоть и первого секса. Но я не чувствую, что мне нужно что-то уметь или стараться, чтобы ему понравиться… Кэллум управляет процессом сам. Я полностью растворяюсь в том, как он ведет этот танец. Он целует меня, трогает, жамкает, лижет с прытью оголодавшего льва, накинувшегося на избранную самку из своего прайда.
Я не замечаю поверхностей, на которых мы трахаемся, смену поз. Я просто плыву по течению, полностью погружаясь в процесс. Стоны и крики только и успевают слетать с моих губ, и я не знаю, что меня заводит сильнее – мои вскрики, его сдерживаемое рычание или шлепки влажных и переплетенных тел.
Прежние оргазмы не были такими яркими, потому что я не сжимала его внутри себя в тугие тиски. Не ощущала мощную струю спермы, выстреливающую в меня, накачивающую изнутри.
В беспамятстве я кричу: «Сильнее, умоляю, сильнее!», ощущая его последние и самые мощные толчки в мое тело. Не представляю, сколько прошло времени, но гроза закончилась. Не помню, как я оказалась сверху него и раздетая, получающая удовольствие от того, как он выкручивает мои соски пальцами и ласково лижет их языком, проникая внутрь.
Содрогаясь на нем всем телом, я едва дышу, продолжая волнообразные движения сверху Торнтона. Он покидает меня, но только крепче прижимает к себе, ласково щекоча пальцами спину и поясницу. Сжимает ягодицы, засасывая кожу на шее. Черт. Я познала абсолютное слияние и не знаю, смогу ли жить дальше без этого.
– Боже, что это было, – шепчу в его губы. – Это же чистой воды наркотик.
– Сочту за комплимент, – его грудь быстро поднимается и опадает, а когда я прикасаюсь к его грудной клетке, то чувствую, как сердце Кэллума стучит так часто и порывисто, что буквально бьется о мою ладонь. – А ты огонь, детка.
– Я жутко неопытная и…, – теряюсь, пряча лицо в ладонях от смущения. Страшно представить, сколько у Кэллума было по-настоящему горячих штучек, способных удовлетворить любое его желание. А я? Я это просто я. Он всем управлял, он меня направлял. Я не прикладывала никаких усилий, чтобы сделать эту близость фантастической. И осознание того, что ему достаточно просто меня такой, какая я есть, пьянит.