– А разве я собираюсь тебя трахать? Я вылижу тебя так, что ты забудешь свое собственное имя, черт, – это последнее, что срывается с его губ, прежде чем Кэл припадает чувственными губами к моему интимному местечку.
Шок, аффект, невероятные и незнакомые прежде эмоции окутывают меня, затягивают в водоворотный вихрь, потому что я просто теряюсь в ощущениях и не понимаю, как поцелуи другого плана могут быть настолько приятными. Он буквально несколько минут назад целовал мой рот и шею, а сейчас он выделывает все то же самое, но уже между моих ног.
Инстинктивно хватаю влажные волосы Кэла. Черт, это так сладко. Направляю его чуть ниже, находясь в диком шоке, что позволяю себе нечто подобное. И все-таки чертовски приятно смотреть на то, как мужчина, которого все считали Идолом… мужчина, которого ты частично ненавидишь, нападает на тебя, как оголодавший зверь. Мистер Торнтон выглядит в таком ракурсе так, словно мог бы вытворять это целую вечность. Он явно собирается меня съесть, и я просто растворяюсь в ощущениях того, как его язык скользит по чувствительному месту: все мое тело начинает вздрагивать от лижущих и всасывающих прикосновений.
Я даже не чувствую стыда. Желания закрыться или спрятаться. Все ощущается естественным и диким, немного первозданным. Мы словно напавшие друг на друга дикие животные, нашедшие пару по запаху и феромонам.
И я правда забываю свое имя, когда он продолжает эту пытку мучительно долго. Растворяюсь в удовольствии, не обращая внимания на раскаты грома и вспышки молнии. В этом мире есть только его язык, способный довести меня до высшей точки наслаждения, и я кричу, практически вжимая его голову в область между ног, чтобы ощутить его ласки как можно глубже.
– Ах да, сильнее, – прошу я, перед тем как оргазм волнами накрывает мое сдавшееся в его плен тело.
– Сильнее будет, когда я буду глубоко в тебе, – рычит Кэл, шлепая меня по заднице, вдоволь насладившись видом того, как я кончаю, ощущая на своем теле тысячи капель дождя.
– Может, остановимся на этом? – хихикаю я, пытаясь закрыться платьем, скрестить и поджать ноги. Я не уверена, что готова. Девственность может быть огромной преградой к тому, чтобы получить удовольствие от более реальных ласк. Радует только то, что моя фригидность осталась где-то в далеком прошлом.
– А вы эгоистка, мисс Хейз, – Кэл выпрыгивает из бассейна, вытягиваясь на сильных руках. Его упругие мышцы с проступающими венами напрягаются, заставляя меня любоваться его мощью и широкими плечами. Влажные волосы облепляют красивое лицо, а мокрая одежда прилипает к его чертовски горячему телу. – Напрашиваешься на наказание, – Кэл помогает мне встать, и я вновь запрыгиваю на него, крепко обвивая мужчину ногами. Чувствую себя нереально легкой в его руках, словно он не прикладывает усилий, когда держит меня. – Ты слишком долго пользовалась моей благосклонностью, пришло время хорошенько отработать вздор и непослушание, – с мягкой угрозой выдыхает в мои губы.
От его слов низ живота сладко сжимается. Я только что кончила, но мне мало. Я снова мокрая, мне недостаточно поверхностного оргазма. Хочется чего-то нового, большего. Я не представляю, как его инструмент может полностью войти в меня, но все мое тело пылает в предвкушении этого момента.
Наши губы вновь переплетаются в диком танце. Он целуется как Бог, наши языки бьются в нежной, но воинственной и всепоглощающей схватке. Его вкус дурманит, и я не могу представить, что в мире есть более приятное занятие, чем пребывать с ним в этом ядовитом дурмане и близости. Если Кэллум Торнтон яд – я выпью его до дна добровольно. И мне не нужно противоядие.
Я не замечаю, как он переносит меня в пространстве. Я упираюсь спиной в трясущееся от грома стекло. Ногами по-прежнему обвиваю торс Кэллума, пока он заводит мои запястья над головой и толкается в бедра.
– И каким будет мое наказание? – с вызовом интересуюсь я полушепотом, вздергивая подбородок.
– Довольно нежностей, принцесса, – срывающимся от вожделения голосом, отрезает Кэл. – Пора взрослеть, девочка. Таким и будет твое наказание, – обещает он и, поставив меня на пол, быстро разворачивает грудью к стеклу.
– Ты можешь аккуратней, – пытаюсь возникать я, но он затыкает мой рот ладонью. Шлепком по заднице заставляет меня прогнуться в пояснице, и вот ровно через секунду после этого я ощущаю, как мое платье вновь задрано до талии, а что-то горячее, массивное и твердое настойчиво елозит между моих ягодиц. Кэллум шипит, замирая у входа в мое лоно, источающее такие соки, что у меня бесстыдно течет по бедрам. Черт. Я не знаю, что со мной сделало пребывание на этом шоу. Из зажатой монашки я стала развратной шлюхой, что вертит задницей, пытаясь получить внутрь член.
Плевать. Я хочу его. Если не получу – поцарапаю стенку, разобью стекло, умру под ударом молнии.
Он нужен мне.
– Ты нужен мне, – едва ли не плача, признаюсь я.
– Насколько сильно, детка? – его рык над ухом, покусывание мочки дарит россыпь мурашек по всему телу. Дрожу, ощущая упругую головку, которой он готов разорвать то, что ему причитается.