Дождь усиливается, капли скользят по ее коже и опадают вокруг нее, создавая причудливый танец на поверхности воды. Ава прекрасна, когда напугана. Мириады крошечных всплесков подпрыгивают как серебристые искорки, прежде чем раствориться в общем водовороте. В этом хаосе есть своя гипнотическая магия и непреодолимое притяжение, но я не спешу, наслаждаясь эстетичной картинкой.
Неспешно приближаюсь к Аве, стараясь двигаться медленно, чтобы не испугать ее еще больше. Когда мои ладони касаются ее лица, она вздрагивает, но остается на месте. Ее кожа прохладная от дождя, а в глазах читается тревога и что-то еще – то, чему я пока не могу дать название.
Глаза в глаза. Даже наше дыхание настраивается на один ритм.
– Ты только что сказала, что я твой дом, – на одном выдохе напоминаю глупышке я и припадаю к ее губам своими. Язык раскрывает строптивые и упрямые, но тающие и податливые губы. Голову кружит от ее вкуса, член реагирует на близость почти с обнаженной Авророй молниеносно. Стояк ощущается настолько болезненным, что единственным вариантом хоть как-то облегчить боль остается обхватить Аврору за талию под водой и прижать ее бедра к своему паху. Руки смело опускаются ниже, и вот уже я жамкаю сочную задницу, прикрывая глаза от наслаждения. Из горла выходит непроизвольный рык прямо ей в губы, но она дразнит меня, отстраняясь от глубокого поцелуя. Второй рукой я сжимаю ее шею, вновь возвращая к себе – и поглощаю уже с легким нажимом и насилием, прекрасно чувствуя и осознавая, что она не против этого.
Я найду выход. Что-нибудь придумаю. Есть варианты… я могу обойти условия Никласа. Блядь, да у меня нет других вариантов. Я не могу уже сдерживаться. Яйца гудят, и в груди печет, хотя последнего ощущения я вообще не помню. Именно сейчас, в данную секунду, я настолько теряю голову от ее близости, что готов трахнуть ее, даже если это будет стоить мне свободы и всего смысла жизни.
Возможно, когда я кончу в ее тугой дырочке, это помутнение пройдет. Навсегда исчезнет. Ава станет лишь галочкой в списке моих побед, у каждого мужчины есть такой лист. Но сейчас весь мир крутится только вокруг ожидания момента, когда я войду в нее.
И я предвкушаю, хочу ощутить его быстрее и одновременно пытаюсь растянуть настолько, насколько это возможно.
– Кэл, остановись, – вторит в губы тревожная принцесса. В карих глазах плещется страх. – Я не могу. Это неправильно… вокруг камеры. За нами наблюдают. Это все бред и…
– А если это последний день в твоей жизни? Мы тут ходим по краю, – понимаю, что звучит как манипуляция, но в условиях, в которых мы оказались, нельзя сказать, что это неправда. – Ты слишком много думаешь, пока жизнь проходит.
– Я не могу отключить голову, – она слегка откидывает голову, а я в эту секунду не упускаю момент, чтобы затянуть губами нежную кожу на ее шее. Влажная и такая сладкая. Трепетная до одури. – Не могу позволить себе…
– Я отключу, – усмехаюсь, не в силах поверить, что вообще уговариваю девушку открыться мне. Обычно достаточно взгляда для того, чтобы одежда и даже трусики моей жертвы для траха оказались в области щиколоток. – И я за тебя решаю и несу здесь ответственность. Слушай, что я говорю, – приказываю властно, обхватив скулы девушки. Очередной раскат грома заглушает часть моих слов, но Ава послушно кивает и крепче обхватывает меня ногами под водой.
Как бы сильно я ни сопротивлялась Кэллуму, желание ощутить его становится практически невыносимым. Я не могу подавлять свои желания, не могу сдерживать себя… Куда проще жилось, когда их и вовсе не было. Но про «проще» мне стоит забыть.
Обхватывая меня ладонями за талию, он рывком вытаскивает меня из воды. И вот я уже сижу на краю бассейна, зажимая его широкие и каменные плечи коленями.
Не в силах оторваться от его обрамленных густыми и черными ресницами синих глаз, что напоминают цвет шторма, разворачивающегося сейчас за его плечами.
Он медленно проводит пятерней по всему моему телу – ласкает каждый миллиметр властной ладонью, от которой исходит мощь и сила. Он словно окутывает меня волшебным одеялом, под которым мне ничего не угрожает.
Это расслабляет.
Заставляет доверять.
И я теряюсь в его томительных ласках и движениях, даже не представляя, что меня ждет.
Инстинктивно откидываюсь на локти, а Кэллум словно только этого и ждал, с нажимом раздвигает мои ноги. Ему не нужно особое приглашение. Он не затратил даже секунды на то, чтобы как-то предупредить меня или приготовить к тому, что будет происходить.
Лишь шепнул нечто вроде многообещающего:
– То, что ты считала фригидностью, как видишь, лечится довольно быстро, – его пальцы скользят по влажным лепесткам моих нижних губ, и Кэл с удовлетворением на лице погружает их в меня. Выругивается матом, заставляя меня задуматься о том, что он считает меня до боли сексуальной.
– И как же? Кэл, стоп. Я не могу. Ты не можешь трахнуть меня на этом больном реалити – шоу.