– Ну, мисс Филлис, не дразните вы так малыша. Говорите, из-за него началась буза промеж зодчих?
Теперь черный призрак пристально всматривался в Филлис. Она кивнула. Мимо проплыло что-то с кожистыми крыльями, словно гигантская летучая мышь, скача короткими прыжками вниз по холму и оставляя за собой изображения, и Майкл чуть не подскочил, пока не понял, что это всего лишь призрак чьего-то зонтика. Удовлетворенный, что Филлис его не разыгрывает, Черный Чарли продолжал:
– Значит, об этом мальчике я столько слыхивал. Майкл Уоррен, говорите? Как я слыхал, он зачем-то нужен в большой церемонии с замковым камнем, об которой все твердят зодчие, – Портимот ди Норан, так они ее прозывают. Оттого-то игроки за столом приуныли, когда трильярдный шар мальчика угодил в смертельную беду, и оттого-то те двое пошли драться. Из-за их битвы на Мэйорхолд и поднимется ветер, об котором я упреждаю народ.
Все призрачные дети, кроме Майкла, вдруг встревожились. Реджи снял котелок, словно на похоронах, нервно задав вопрос Черному Чарли своим звонким голосом с необычным акцентом:
– Помилуй Божи. Эт что же, дело идет к призрачной буре?
Чарли кивнул – мрачно и выразительно.
– Боюсь, да, мастер Реджи, а вы в этих краях подольшей моего, сами знаете, чего бывает, когда задувают призрачные ветра. Мой вам совет – прячьтесь и лезьте Наверх, или еще в какое другое время, где погода получшей. И смотрите, не потеряйте мастера Майкла, потому как если зодчие так себя ведут, когда он в беде, то мне и думать не хочется, что они учинят, если вы за ним недоглядите.
Мимо, завывая, пробежала черная кошка, потянув за собой полураспустившийся носок ползучих изображений, а за ней последовал позвякивающий призрак бутылки из-под светлого эля. В воздухе вязались жужжащие шнурки, в которых Майкл не сразу узнал пару фантомных мух. Черный Чарли решительно поднял ногу с земли и поставил на педаль. Майкл с удивлением отметил, что у цветного под башмаками привязаны деревянные бруски.
– Мне еще извещать о буре покойный люд в Беллбарне и у церкви Святого Андрея, потому мешкать не след. Не лезьте на рожон и берегите мальчика. На кону стоит что-то очень важное.
На этом целеустремленное привидение наступило на поднятую педаль, и велосипед с прицепом покатил вверх по улице Алого Колодца, оставляя позади блекнущие подобия белых колес, словно длинную череду олимпийских колец. Черный Чарли уезжал от них навстречу уже явно растущему ветру, игравшему призраками волос присутствующих. Майклу цветной старик странным образом показался героическим, пока тот крутил педали повозки с шинами-веревками, словно черный буревестник. После его отбытия Мертвецки Мертвая Банда стояла как вкопанная, переглядываясь выпученными беспокойными глазами. Над ними пронесся чирикающий узор статических помех из темных полос – возможно, фантом попугайчика, – а также призрачный цилиндр гробовщика с сизой лентой, развевающейся потоком остаточных образов. Наконец Филлис Пейнтер нарушила молчание паническим, но властным возгласом:
– Призрачная буря! Сами слыхали! А ну все по-кроличьи подрали наутек, в дом на углу!
Со внезапностью – если честно, немного напугавшей Майкла, – Филлис упала на четвереньки и помчала по холму на самый обескураживающий манер. Пользуясь студенистостью, отличавшей воздух призрачной стежки, Филлис могла легко скользить по склону, задевая поверхность дороги одними сверкающими костяшками, пока вперед толкали ноги, которым тоже не приходилось касаться земли. Пожалуй, в этом было что-то от кроличьих повадок, откуда и пошло название маневра, хотя Майклу это больше напоминало бег бабуинов, за исключением хвостов из репродукций, из-за которых Филлис была похожа на длинный локомотив с колесами из тощих девчачьих ног. К великой озабоченности Майкла, примеру Филлис последовали сперва Марджори, затем Билл и Реджи – присели, а потом дали деру по холму с удивительной скоростью. Он уже начал переживать, что мертвые дети бросят его позади, когда заметил Джона, который задержался, чтобы приглядеть за ним и чтобы поторопить мальчика самому бежать по-кроличьи.
– Давай, это просто. Скоро освоишься. Просто становись на четвереньки, а потом подыми ноги, будто идешь на руках.
Майкл прищурился навстречу собирающемуся ветру. Небо над Мэйорхолд над вершиной Алого Колодца было испещрено, вдруг осознал с приливом ужаса Майкл, призрачным мусором, который отчасти составляли трепыхавшиеся звери и люди, и все это быстро мчалось на них. Других уговоров не понадобилось. Упав на корточки, а потом задрав ноги, как велено, Майкл вскоре обнаружил, что вовсю катится, как полосато-фланелевое перекати-поле. Только его руки шаркали по шершавой поверхности дороги, пока он шпарил по холму за остальными детьми, направляясь к углу у основания, где дорога Святого Андрея встречалась с улицей Алого Колодца.
