В таком порядке русичи двинулись на степняков.
Половцы сражались яростно, давая возможность своим семьям уйти подальше. Битва после первой решительной сшибки распалась на множество мелких поединков, где всё решало умение каждого воина владеть мечом и копьём. Поскольку русичей было больше, они всюду одерживали верх. Степняки, когда пали их лучшие воины, стали спасаться бегством. Русичи долго преследовали разбитого врага, взяв в плен двести степняков.
Половецкие юрты были пусты. Однако не всем семьям половцев удалось спастись. Дружинники Всеволода захватили в близлежащей лесистой лощине около полусотни женщин и детей. Были взяты также больше тысячи овец, несколько верблюдов и стадо степных коров.
Пленные половцы поведали Игорю, что разграбленный им курень принадлежал беку Обовлы Костуковичу, родственнику хана Тарсука, павшего в битве у Орели-реки. Храбро сражавшийся бек погиб в числе первых от меча Всеволода. Игорь повелел похоронить знатного половца с почестями.
На обратную дорогу Игорь потратил больше двух недель.
Гордый своим успехом, вступил Игорь во главе дружины в Новгород-Северский.
Щедро поделившись добычей со Всеволодом и Святославом, Игорь расстался с ними ещё в Путивле, где он задержался на два дня.
Встреча с Вышеславом не доставила Игорю радости. Вышеслав хоть и поздравил друга с победой, но вернуться к нему в дружину отказался.
В октябре стало известно о поражении Кончака от объединённых русских дружин. Семь тысяч степняков было взято в плен, в том числе четыре хана. Самому Кончаку удалось спастись.
Степь затихла.
Половецкие орды теперь не решались зимовать вблизи от русских рубежей, уходя на Дон и к Лукоморью.
Святослав Всеволодович вынашивал замысел на следующее лето добраться до самых дальних кочевий степняков, дерзая сравняться славой с Владимиром Мономахом. Об этом киевский князь заводил речь всякий раз, встречаясь с другими князьями.
Из всех своих советников князь черниговский более всего ценил боярина Ольстина Олексича.
Годами боярин Ольстин был ровесник Ярославу. Был он столь же дороден телом, как и Ярослав, и падок на сладострастные утехи. Эти двое любили порой откровенно посудачить наедине о прелестях жён, сестёр и дочерей лепших мужей черниговских.
Окончательно охладев к супруге, располневшей сверх всякой меры, и пресытившийся ласками рабынь, Ярослав через Ольстина пытался тайком соблазнять черниговских боярынь и их дочерей. Не брезговал князь и купеческими жёнами, если замечал среди них красавицу.
Ольстин, как и Ярослав, был от природы трусоват и поэтому во всяких делах проявлял величайшую осторожность. На войне он никогда не лез на рожон, не подставлял грудь под стрелы, безоглядной храбрости и напору предпочитал численный перевес или удар из засады. Кони у Ольстина всегда были самые лучшие, телохранители самые умелые. Ольстин желал жить долго и не скрывал этого. Он верил в рай, но не верил, что попадёт туда из-за грехов своих.
Занимаясь сводничеством, Ольстин проявлял большую осторожность, поскольку ему надо было и честь князя не замарать, и самому остаться в тени, и иную гордячку не обидеть нескромным предложением. Впрочем, изворотливый ум и льстивая манера общения помогали Ольстину в этом щекотливом деле. К тому же он неплохо знал женщин, вернее, их слабости.
После того как Ярославу с помощью Ольстина удалось заполучить в свою постель одну неприступную, но очень привлекательную монахиню, тот стал пользоваться безусловным доверием князя.
В боярской думе Ольстин обычно помалкивал, выслушивая других. И только оставшись с глазу на глаз с Ярославом, Ольстин начинал давать тому свои советы. Как правило, мнение Ольстина частенько совпадало с помыслами самого Ярослава, который не желал дразнить судьбу излишней дерзостью и во всём предпочитал золотую середину.
Со стороны могло показаться, что Ярослав живёт в согласии со своими боярами, на деле же он доверял одному Ольстину, связанному с ним дружбой, основанной на плотских утехах. Часто, переспав с очередной облюбованной им женщиной, Ярослав затем уступал её Ольстину, как бы в награду за его старания.
У Ольстина было одно по-настоящему ценное качество. Он никогда не бывал пьяным, хотя всегда присутствовал на пирах в княжеской гриднице. Опасение, что во хмелю он может сболтнуть лишнего, удерживало Ольстина от частого прикладывания к медовухе. Со временем это перешло в привычку.
В окружении Ярослава даже сложилась поговорка: «Трезв, как Ольстин».
Зная о намерении брата Святослава и Ростиславичей будущим летом идти походом на лукоморских половцев, Ярослав всю зиму готовил войско к грядущим сражениям. Он верил в удачу Святослава после двух блистательных побед над несметными полчищами поганых.
В начале марта в Чернигов неожиданно пожаловали послы от хана Кончака.
Кончак просил Ярослава стать посредником при заключении мира между ним и киевским князем. Кончак называл Ярослава чуть ли не своим крёстным отцом и благодетелем его младшего сына.
