– Ничего страшного, – сказал Марко. – Это боевое крещение. На всю жизнь запомнится и другое лицо Родоп.
– А как вам понравился дом? – спросила Виолетта Найденова. Проницательная женщина, она по выражению моего лица поняла, что я ошеломлена подарком. Слова тут были лишние. Я только спросила, какого года этот дом, потому что на нем не увидела даты. Я почти угадала. Оказалось, что дом построен в 1878 году.
Она улыбнулась:
– Я рада за вас. Господин Илиев сказал, что он передает дом в надежные руки одного очень хорошего человека. Мы будем ждать вашего приезда.
Ну что я могла на это сказать?! Ничего.
Поистине с королевским чувством ставила я свою подпись под многочисленными бумагами. Оказывается, что и мне ничто не чуждо. Мне никогда прежде не приходилось испытывать такого удовольствия от приятных хлопот, связанных с выполнением формальностей. И совсем немаловажным при этом был тот факт, что все госпошлины, земельные налоги и прочие платежи были уже оплачены. От меня требовались лишь мои документы и росчерк пера. Многие из моих близких друзей и коллег говорят, что в официальных случаях, на торжественных приемах я становлюсь собранной, преображаюсь и обретаю царственный вид. Есть во мне какая-то царственность. Это и в гороскопе написано. Просто, когда чувствую важность момента, собираюсь, или, как говорят мои дети, «включаюсь». Я видела, с каким удивлением Марко посмотрел на меня.
– Ты с каждым днем другая, – обронил он по пути к машине. Не подумал же он, что теперь, получив в подарок дом, я сразу же изменилась. Наверное, нет. Но плохо, когда знание языка недостаточное и у него, и у меня. Надо не стесняясь переспрашивать во избежание недоразумений.
Теперь мне предстояло обдумать варианты дальнейших действий.
Мое самое заветное желание исполнилось сегодня. Но остальное еще требует прояснения, надо лишь набраться терпения. Все придет в свое время. «Значит, сейчас еще не время», – успокаивала я себя. Но, оказавшись на улице, я не чувствовала себя спокойно, поглядывая по сторонам, я искала кого-то взглядом. Кого я ожидала увидеть?
Кажется, закончилось мое пассивное ожидание, если так можно назвать мою трудовую деятельность по ликвидации последствий ураганного ветра на участке своего дома. Я свою задачу выполнила, ведь цель моей поездки, как я поняла, – официальное закрепление моих прав на собственность. У меня были основания радоваться каждой минуте, проведенной в моем новом доме. Теперь можно расслабиться. И просто быть внимательной ко всему, что здесь происходит. Купив в ближнем магазине филе курицы, картофель, сметану, сливки для кофе, буханку формового хлеба, очень вкусного, мы поехали домой. Я впервые готовила здесь еду. Глядя спускающегося по лестнице Марко, я с удовольствием отметила, что он сегодня был одет проще и больше соответствовал обстоятельствам. К тому же он был на удивление тактичен и деликатен. С его уст не сорвалось ни одного едкого высказывания или иронического замечания.
Марко обошел дом, опять попытался заняться генератором. Но я успела перехватить его во дворе.
– Пойдем в дом, – позвала я его. Марко посмотрел на меня долгим взглядом и спросил:
– Что-то случилось?
– Нет, – покачала я головой. – Просто мне не хочется, чтобы ты тратил свое время на это. Лучше потрать его на меня, ведь я скоро уеду. Высокомерность и надменность внешнего вида вмиг исчезли. И у меня, и у него. Проявилась застенчивость. Как мы похожи! Единственное препятствие в моей жизни, из-за чего я не позволила себе многого, это моя глубоко скрываемая застенчивость.
Чувственность в сочетании со сдержанностью разжигает желание. Вчера я сканировала Марко. Он, почувствовав это, оглянулся на меня и улыбнулся. Вернее, я успела заметить довольную усмешку у него на губах. Мужчины чувствуют, когда их сканируешь, и не дай бог отвергнуть их после этого. А ведь это черта Овнов – мысленно раздевать и оценивать людей. Марко я не отвергла в своих мыслях. Он и это понял. Я застеснялась его. Почему женщины, старея, начинают стесняться молодых мужчин? Я и мужа своего стесняюсь. Хотя он старше меня. Иногда я замечаю на себе его добрый внимательный взгляд, и мне кажется, он смотрит на меня с нежной жалостью.
Марко прошелся по дому, после моего приглашения заняться мной он заметно оживился. Потом я услышала, как хлопнула входная дверь черного хода. Марко лихо разгребал снег, разрушив с такой заботой и любовью сооруженный мною коридор.
