– Если кто-то сюда нагрянет, в то время, как Вуди будет путешествовать по лимбу или где-то еще, – продолжил Алекс, нарисовав в воздухе пальцами кавычки, – нам опасаться нечего. Здесь кое-какие мои вещи и еда. Скажем, что просто зависали здесь. Если найдут Вуди… придется его отпустить домой, а он скажет всем, что добровольно сбежал из дома.
– Мама меня прибьет, – сказал Вуди.
– А на следующий день, когда снова исчезнешь, сойдет с ума окончательно, – добавила сестра.
– Завтра тебя здесь уже не будет, – сказал Крис, – а мы с Алексом, если волонтеры решат проверить этот район, вызовемся помочь им и сами «обследуем» этот дом.
– Я сегодня останусь здесь, – сказала Аддамс. – Я хочу помочь вам, ребят, а еще разобраться в том, с чем не смогла справиться моя мать.
– Мы приедем утром, – ответил Крис.
Глава 4
Плоскости
Он открыл глаза и увидел ту же комнату, в которой еще вчера сидел с сестрой и двумя новыми друзьями, но что-то в ней было не то. Казалось, он видел каждую молекулу, что висела в воздухе. Предметы недвижимо стояли на местах, но они стояли как-то иначе: они не просто не двигались, они намертво остановились. «Так выглядит остановленное время», – подумал Вуди. Он не мог понять, что его окружает: дымка тумана или же наоборот яркие лучи, исходящие отовсюду и ниоткуда одновременно.
Вуди остановился у кровати, обернулся туда, где был его матрас, и с удивлением заметил, что занавеска на окне выглядит чистой и наглаженной, хотя он точно помнил, что вчера он видел ее грязной, потрепанной, держащейся за карниз всего на паре зажимов. Тогда Вуди решил более внимательнее осмотреться и заметил, что комната в целом выглядит более чистой и обитаемой.
– Это их время, – раздался голос, от которого у Вуди едва не остановилось сердце. Марта Аддамс стояла рядом, хотя он готов был поклясться, что еще мгновение назад ее здесь не было.
– Что происходит? – спросил Вуди.
– Возможно, мы ошибались. Ты не проживал один и тот же день. Ты был где-то здесь, но не помнишь об этом. Точнее ты был в том месте, где засыпал, но не в той плоскости. Но и я могу быть не права. Может быть энергия этого дома и его жильцов сама нас сюда заманила, чтобы что-то показать.
– Я, видимо исчез, а вы?
– А я сплю. Ну, почти сплю.
В соседней комнате заиграла музыка.
– «AC/DC», – сказала Марта.
– Точно, – подтвердил Вуди и с удивлением взглянул на Аддамс.
Музыка шла из комнаты Джека Палмера. Войдя в нее, Вуди увидел на столе то, о чем только слышал, но видеть не приходилось: кассетный магнитофон. Через полупрозрачный пластик кассетоприемника было видно две вращающиеся катушки кассеты, накручивающие магнитную ленту.
– «Who Made Who», – произнесла Марта, – как символично.
– Кто включил музыку? – спросил Вуди.
– Важнее не кто, а когда. Ее включили много лет назад, просто никто не выключил.
– Они здесь?
– Скорее да, чем нет.
Вуди и Марта заходили в каждую комнату второго этажа, но так никого и не нашли. Они спустились вниз. Аддамс открыла входную дверь, но вместо двора увидела ту же гостиную, где они с Вуди находились, только в ее зеркальном отражении.
– Переступив порог, вы никуда не сможете уйти, здесь нет ничего, кроме этого дома, – раздался голос из-за спины.
Испуганные женщина и подросток медленно обернулись и увидели за собой Николаса Палмера, такого же нечеткого, замершего, постоянно расщепляющегося во времени, как и все предметы в доме.
– Я видел вас на фотографиях, – дрожащим голосом сказал Вуди.
– Правда? – улыбнулся мужчина. – А я видел вас. Вернее, я чувствовал вас. Как вы попали ко мне?
– Я нашел вашу игру, – виновато ответил Вуди.
– Игра… проклятая тряпка, заточившая меня здесь и разлучившая с семьей.
– Их здесь нет? – удивилась Марта.
– А вы не знали? – сказал Николас. – Мы в одиночку играем и в одиночку проигрываем.
– Я намерен пройти игру до конца, – уверенно сказал Вуди.
– А разве у нее есть иной конец? – спросил Палмер, оглядевшись вокруг себя.
– Да, мои друзья узнали, как можно… как можно выжить и не исчезнуть. Я должен пройти до конца все отметки, при условии, что кости выпадут ровно на тридцать третьей и не перескачут ее.
– Жаль, мои родные не знали об этом… Они исчезали один за одним, а потом возвращались, чтобы снова исчезнуть.
– Я знаю вашу историю, – сказал Вуди.
– Если знаешь, зачем бросил эти проклятые кости?!
Вуди сперва стал оправдываться, говорить, что на момент бросание костей он еще не знал о семье Николаса, но потом остановился и сказал:
– Невежество. Самое обычное невежество и любопытство. Простите, сэр.
– Не проси прощения у меня, – спокойно сказал Палмер, чье тело как-то странно то мерцало, то исчезало, то на мгновение приобретало обычные очертания, – ведь страдаешь от этого только ты сам и твоя семья. Но я не могу понять одного: как вы попали ко мне, да еще и вдвоем? Это впервые со мной произошло за столько лет – посетители! – улыбнулся он.
– Его здесь не было раньше? – спросила Марта, указывая на Вуди.
