Ускоренный курс, о котором упомянул генерал, заключался в обучении самым элементарным вещам: как вести себя в условиях применения тактического ядерного оружия, как использовать средства индивидуальной защиты и персональные дозиметры. И главное: как собрать и, при необходимости, привести в действие «специзделие» – это обязан был уметь каждый, кто нёс возле него дежурство. Не так уж это оказалось сложно – установка и настройка обычного ученического телескопа-рефлектора задача позаковыристее, однако же, он, Сашка Казаков, легко с ней справлялся. Управится и ядерной миной, невелика премудрость. Зато – какое приключение! Вряд ли кому-нибудь из его сверстников выпадало подобное. Может быть, когда-то, через много лет он напишет об этом книгу, её переведут на разные языки и будут читать по всему миру…
Они управились за четверть часа. Под конец Михаил велел Голубеву забраться повыше и закрепить провод антенны, подсоединённый к радиовзрывателю – прохождение радиоволн по долине неважное, объяснил он, надо подстраховаться. Димка послушно кивнул, зажал провод в зубах и полез. Подъём был не слишком крутой, градусов около пятидесяти, и он карабкался на четвереньках, ужаса напоминая актёра Пуговкина в роли священника отца Фёдора, лезущего на скалу с украденной колбасой в зубах.
Казаков следил за Димкой в бинокль с наблюдательного пункта и видел, как брызнула вдруг пыльными фонтанчиками скала. заорал «Вниз!», Димка скатился со скалы и рыбкой нырнул в расселину. Очереди дробили камень, пули с визгом рикошетили, разлетаясь во все стороны. Казаков засёк троих стрелков – в хаки, с длинными американскими штурмовыми винтовкам. «Бельгийка» Михаила ответила одиночными выстрелами, секундой позже к общему хору присоединился голубевский «Гаранд», и один из аргентинцев покатился по осыпи.
Казаков, сообразив, наконец, что противник – вот он, как на ладони, потянулся за карабином. Передёрнул затвор, досылая патрон – громкий лязг, Сашка обмер, решив, что вот теперь-то его точно заметят. Но обошлось – аргентинцы (их было уже пятеро) увлечённо перестреливались из-за камней с Михаилом и Голубевым. Казаков поймал в диоптрический целик ближайшего солдата (до него на глаз, было шагов семьдесят), задержал дыхание и плавно, как учили, потянул спуск.
… холод такой, что щека, кажется, примёрзла к полу, гладкому, как стекло. И при попытке встать она наверняка останется на нём вместе с клочьями недельной щетины, лохмотьями кожи и разорванной плоти, с замёрзшими капельками крови. В глазах черным-черно. Где верх и где низ – они вообще тут есть? А холод пробирает до костей, до спинного мозга, до… есть ли в мире, куда занесла меня нелёгкая, что– нибудь, кроме холода?
Кто-то потряс меня за плечо. Я разлепил глаза – тьма, вроде, отпустила, точнее вместо неё вокруг разлито отвратительно знакомое золотое сияние. Похоже, я ещё на верхушке Пирамиды, а вокруг – жаждущие расправы Стражи. И стоило ради этого приходить в себя?
– Евгений, Борисович, это вы? Очнитесь!
…нет, Стражи не говорят по-русски, да ещё и звонким девичьим голоском. Он мне, кстати, знаком – слышал не так давно, пяти дней не прошло. По моей личной временной шкале, разумеется…
– Ми… Миладка? – Я попытался сесть – неудачно. Будь оно неладно, как же всё болит! Спина затекла, руками не шевельнуть… – Что это ты ко мне по имени-отчеству?
– А как иначе? – голос её звучит неуверенно. – Вы же старше и вообще…
– Старше? Раньше тебя это, вроде, не смущало…
Я переворачиваюсь на бок, подношу руки к лицу – и обнаруживаю, что они стянуты никелированными наручниками. В поле зрения появляются мужские руки, щелчок – наручники исчезают, оставив после себя глубокие багрово-синие борозды, которые немедленно начинают чесаться. Но удивительно не это: сами руки, судя по веснушчатой коже и рыжим волоскам, принадлежат отнюдь не оставшемуся на Земле альтер эго.
Так, зажмуриться и медленно – только медленно! – досчитать до десяти. Когда я снова открыл глаза, оказалось, что зрение восстановилось. Я лежу на полу, а передо мной сидит на корточках ухмыляющийся Аст. За спиной у него Миладка, а вот парень рядом…
– Же… Женька? Это ты… то есть я?..
