Место нашей стоянки осталось позади. Я отчаянно надеялась, что там же останется и тяжелое настроение Хейдена. Мне хотелось, чтобы он превратился в себя прежнего, кого я только-только начала познавать: доброго, бескорыстного, хорошего парня, каким он был вопреки всем попыткам выглядеть суровым и бесстрастным. В того Хейдена я потихоньку влюблялась. Прежний Хейден и сейчас проглядывал сквозь навалившиеся тревоги, и мне искренне хотелось вызволить его из плена.
В лагерь мы приехали намного быстрее, чем я думала. Должно быть, в глубокой задумчивости я не замечала времени. Хейден остановил машину возле кухни, чтобы передать Мейзи наши трофеи. Но у двери я увидела не повариху.
— Кит, ты уже на ногах? — удивилась я, испытывая легкое замешательство.
Я никак не ожидала, что он так быстро встанет.
— С возвращением, — сказал он, улыбаясь во весь рот, и сразу направился к багажнику. — А вы, смотрю, успешно поохотились.
— Как видишь, — рассеянно ответила я. — Ты уверен, что тебе уже можно ходить?
— Я прекрасно себя чувствую, — усмехнулся Кит. — Докк сказал, чем раньше я встану и начну двигаться, тем быстрее поправлюсь. Неужто ты возьмешься спорить с Докком?
— Нет, конечно, — сказала я и слегка улыбнулась.
Казалось, я не улыбалась много лет. Кит помог мне перетащить дичь на кухню. Хейден даже не поздоровался с другом. Полностью игнорируя Кита и меня, он выгрузил снаряжение и понес часть вещей на склад.
— Что это с ним? — тихо спросил Кит, сразу заметив настроение Хейдена.
Мы прошли в самый конец кухни, где стояли холодильники. Кухня была одним из трех строений Блэкуинга, имевших электрогенераторы. Это позволяло уберегать хотя бы часть еды от порчи.
— Ничего особенного, — ответила я на вопрос Кита, стараясь говорить непринужденным тоном.
Мы засунули птиц в морозильную камеру и быстро захлопнули дверцы, чтобы не выпускать холодный воздух.
— Думаю, он просто устал от охоты.
Кит что-то пробурчал и нахмурился. Мои слова его не убедили, но допытываться он не стал. Мы вышли наружу. Пикапа перед кухней уже не было. Теперь тарахтение его мотора доносилось издали, пока Хейден не въехал в гараж. Потом все стихло. Кит по-прежнему молчал, слегка почесывая повязку на горле. Я тоже не знала, о чем говорить, и предпочла просто дожидаться возвращения Хейдена из гаража. Вскоре он показался на дорожке.
— Расслабься, дружище, — сказал Кит, когда Хейден был уже достаточно близко. Такого спокойного голоса у Кита я еще не слышала. — Видок у тебя — словно в аду побывал.
Я едва удержалась от горького смеха.
— Да, — равнодушно отозвался Хейден. — Долго ехали. Жара разморила. И вообще устал.
Кит кивнул. Версия Хейдена удивительным образом совпала с моей.
— Иди домой, передохни. Если что, я сам справлюсь, — предложил другу Кит. — Дакс тоже где-то поблизости. Отдыхай. Ты заслужил.
Хейден еще раз тяжело вздохнул, потом кивнул:
— Ладно. Но если что-то серьезное, сразу зови.
— И тебе, Грейс, отдых не повредит. Не обижайся, но ты выглядишь так, словно несколько ночей не спала.
Я сухо рассмеялась. Какие тут обиды, если он был прав? Кит улыбнулся нам на прощание и направился в другую сторону. До хижины мы шли молча. Я заметила, как неестественно высоко Хейден держит плечи. Казалось, плечевые мышцы взбунтовались против остального тела.
Он толкнул дверь хижины. Мы вошли внутрь. Хейден сразу же присел на край кровати. Я осталась стоять, ощущая неловкость и пытаясь решить, как быть дальше. Хейден склонил голову набок и дернул шеей, словно она у него болела. Закрыв глаза, он стянул через голову рубашку. Я вновь увидела его жилистый торс, покрытый татуировками.
Не открывая глаз, Хейден стал вертеть головой влево и вправо, пытаясь расслабить мышцы. Я осторожно шагнула вперед и тут же замерла:
— Позволь мне…
Столь же осторожно забравшись на кровать, я оказалась у него за спиной. Хейден не отвечал, но я поймала его укоризненный взгляд, когда подобралась ближе к спине. Подняв руки, я коснулась стертого участка кожи. Хейден отшатнулся, но тут же спохватился. Я старалась не показывать обиды. После вчерашнего сражения я впервые отважилась прикоснуться к нему.
Кожа у него была теплой. Мои руки медленно поднимались вверх по спине, скользя над мышцами и шрамами, пока не достигли плеч. Я стала разминать узлы мышц. Когда большие пальцы дотронулись до крупного узла, Хейден чуть зашипел, но не оборвал мой массаж.
— Помнишь, что ты говорила утром? — вдруг спросил он.
Вопрос меня удивил, но я продолжала разминать и массировать перенапряженные плечи.
— О чем? — осторожно уточнила я.
Мой палец застыл над очень длинным шрамом, который спускался с плеча на спину. Мне отчаянно хотелось прильнуть к нему губами.
— О том, что ты подставила под удар всех, о ком я забочусь, — усталым голосом напомнил Хейден.
— Да, помню.
Мои пальцы коснулись еще одного напряженного мышечного узла. Этот находился у основания шеи. Хейден дернулся. Он молчал, и я решила, что больше он ничего не скажет.
— А ты знаешь, что тоже входишь в их число? — спросил Хейден.
