— Оттого что они ушли за горы, — ответил Свимми. — А те, что остались внизу, научились маскироваться. Их преследуют, потому что боятся. А зря. И от них могла быть польза. Я знал одного суррогата, у которого коэффициент полезности был выше, чем у префекта главного правительственного компьютера.
— У префектов коэффициент не замеряют, — возразил Тобиас. — Он у них высокий по определению. Уж это я точно знаю. А суррогатов правительство боится как раз из-за их способностей.
Гай хотел рассказать, что в подвале его дома прятались двое суррогатов. Он даже тайно носил им еду. У одного были гибкие кости рук, и он мог обвивать ими словно веревками. Второй видел все вокруг с закрытыми глазами. Гай каждый раз гадал, какого цвета его глаза, но так и не узнал, потому что Сплин их открывал очень редко, это ему и не нужно было. Он чувствовал спускающегося в подвал Гая за несколько бетонных стен. Но решив, что такая дружба оттолкнет его новых знакомых, Гай предусмотрительно промолчал.
Неожиданно их прервал громко засипевший Сид. Хрипя и содрогаясь, он повалился в пыль, зашедшись длинным, выворачивающим легкие кашлем.
— Что с ним? — спросил Гай.
— Рядом с океаном ночи холодные, — ответил Тобиас. — Днем жара, ночью холод. Не каждый выдержит.
— При чем здесь холод? — вмешался Свимми. — Сида мы грели собственными телами. Ему отбил легкие Неженка Ахилл.
— И то, и другое не пошло Сиду на пользу, — нехотя согласился Тобиас. — Удивлюсь, если он переживет эту ночь. После того как он проиграл собственную жизнь, удача от бедняги отвернулась. А без фортуны такому игроку как Сид жить дальше нет смысла.
— Сид — игрок? — с любопытством взглянул на Сида Гай. Игроков ему приходилось видеть еще реже, чем суррогатов.
— Еще какой! Играл на все. Было время, когда он был богаче, чем правительственный вельможа. Занимал два этажа в зеленой зоне города. Потом встретил более удачливого, но скрывающегося от отчуждения игрока. Сид сыграл на его приговор и впервые проиграл. И теперь он вместо другого носит удавку на собственной шее.
— А ты сам за что угодил на баржу? — как бы между делом спросил Гай.
— Я? — нервно заерзал Тобиас. — Это не важно. Расскажу как-нибудь в другой раз.
— Тоби у нас слишком много болтал! — засмеялся Свимми. — Слишком много знал и слишком много болтал. Он из наладчиков главного компьютера.
Гай с уважением посмотрел на своего нового знакомого.
— Ты работал с главным компьютером? Это же почти правительственный кластер? Я и не знал, что они своих отдают в отчуждение?
— Бывает! — хмыкнул Свимми. — Если начать рассказывать тайны этого кластера всем встречным подряд.
— Потому что не мог терпеть вранья! — вспыхнул Тобиас.
— А кому нужна твоя правда? — не сдавался Свимми. — То, что наш мир катится в преисподнюю, ясно всем и без твоих откровений. Это интересно разве что Святоше Джо, — Свимми неопределенно кивнул на сидевших в потянувшейся от транслятора тени арестантов. — Что бы там ни проповедовало правительство о нашем исключительном положении и великой роли, кто ему верит? Нам тоже придет конец, как и всему миру.
— Я верю, — тихо возразил Гай. — И кто тебе сказал, что весь мир погиб?
— Он! — Свимми похлопал по колену Тобиаса. — И я ему верю! Хотя много ума не нужно, чтобы обо всем догадаться самому. А ты, похоже, из тех дураков, что до сих пор доверяют нашим зажравшимся вельможам?
