– Верный поступок? Отпустить воина, сражающегося за врага?!
– Кого ты называешь врагом, сын? – устало спросил ас. – Одина, сделавшего Хель госпожой Хельма?
– Ты давний друг царя! Один наделил её владениями, потому что она твоя дочь!
– И твоя родная сестра, между прочим!
«О сестре Змей тоже не упоминал, – отметил про себя Чен. – Он вообще в курсе, что у него имеется не только брат, но и другие близкие родственники?»
– Один не покушался на ваши горы! Хемдаль стёрег границу, не причиняя тебе вреда. А что натворил ты?! На тебе кровь его гвардейцев!
– Я распорядился их не трогать, – помрачнел Волк. – Но Ермунганд пожелал развлечься и отменил мой приказ. Если бы я оставил Хемдаля, чтобы проверить, как там его люди, твоего друга не было бы в живых.
– Больше всего я жалею, что не позволил вашей матери сожрать Змея в младенчестве!
«Сожрать в младенчестве? – вздрогнул Чен. – Так Змей не шутил? Мать у братьев людоедка? Очень любопытная семейка! Прямо-таки императорский дом! Только Змей явно преувеличил свирепость брата. У Волка и волшебное оружие на шее, и целая армия за спиной, а он оправдывается перед отцом, как щенок!»
– Отвечать за развлечения Ермунганда придётся тебе, Фенрир! Сюда идут дружины Тора.
– Это ещё кто?
– Скоро узнаешь! Тора зовут Истребителем великанов и считают лучшим воином асов. По мне, так он не воин, а убийца, как и твой брат!
«Змея папаша явно недолюбливает», – заключил Чен.
– Когда Тор впадает в бешенство, – продолжал ас, – то превращается в ураганный ветер, в горную лавину. Своим молотом он один снесёт черепа половине твоего войска, остальных прикончат его бесноватые дружинники. Ты хочешь этого?!
– Я сожалею о своей ошибке! – в голосе Волка звенело отчаяние. – Но исправить её не могу! Не могу остановить своё войско! Что мне сказать людям?! Что мать настроила меня против отца, а теперь я узнал правду? Что асы нам больше не враги? Да меня просто разорвут!
– Ты нашёл убедительные доводы, чтобы поднять их на войну, найдёшь и теперь. Скажи, что получил информацию о подходе врага и лучше всего вернуться в Химинбьёрг. Я поскачу в Асгард, попытаюсь уговорить Одина, чтобы он остановил Тора.
«Какой ушлый ас! – вскипел от негодования Чен. – Сейчас дожмёт своего щенка! Из-за этого белокожего лиса с золотым обручем на лбу золото Асгарда того и гляди накроется медным тазом!»
– Они меня не послушают, отец, – вздохнул Волк.
– Послушают! – Ас указал на кулон, висевший на груди сына, и поднялся.
Фенрир склонился к почерневшей тушке, осматривая, осталось ли что-нибудь, кроме углей. Дождавшись, когда белокожий скроется из виду, Чен вытащил из недр камзола крошечный арбалетик и выстрелил. Игла с веществом, обездвиживающим слона, впилась в обнажённое плечо Волка. Молодой великан рухнул, не издав ни звука. Чен бесшумно выскользнул из орешника, подскочил к нему и быстро сдёрнул кулон. «Теперь тебя точно не послушают!» – смеялся на бегу вор.
ГЛАСС: АНБОДА
Жидкость тихо побулькивала в котле. Колдунья, не сводя с неё глаз, время от времени подбрасывала в котел корешки и сушёные грибы, вдыхала пар и ждала, когда возникнет очередная картинка. Она потеряла счёт дням, завороженно сидя над котлом. Возникали лишь отрывистые образы, мало связанные между собой. Но кое-что Анбода всё-таки видела!
Змея, выгружающего железную руду.
Волка, разнимающего сцепившихся великанов.
Воды, объятые дымом, и горящие суда.
Фенрира во главе войска, движущегося по мосту из Химинбьёрга.
Ермунганда, покидающего чужеземный корабль.
Маленького человечка, срывающего с шеи неподвижного Фенрира талисман.
Колдунья вскочила.
Её сопровождала волчья стая, оставленная Фенриром, чтобы заботиться о матери. Анбода бежала, не отставая от волков. Химинбьёрг миновали беспрепятственно и теперь двигались по следу, оставленному армией Фенрира. Внезапно звери остановились и замерли, принюхиваясь. Желтоглазый обернулся к великанше, на морде волка читалось смятение. Анбода прислушалась. Кто-то приближался, и этот кто-то явно привёл волков в замешательство.
– Что, мама, не сидится на месте? – услышала она.
Из темноты вышел сын в кожаных штанах и безрукавке. Однако волки не бросились радостно ему навстречу, как бывало обычно при встрече с Фенриром.
– Почему ты без своего красивого змеиного панциря, Ермунганд?
– Этой местности больше подходит костюм брата.
– Как ты здесь оказался, сынок? Ты же вроде собирался сжечь флот асов?
– Две трети сжёг. Уцелевшая треть подождёт. Я волнуюсь за брата – давно не было от него вестей. Вот и решил узнать, всё ли с ним в порядке. Ты здесь по той же причине, мама?
– Ты догадлив, сынок.
– Раз мы беспокоимся об одном человеке, давай подождём вестника, которого я послал к Волку. Присядь, отличное бревно. Я расскажу тебе о битве на море.
Когда послышалось шумное дыхание бегущего человека, Ермунганд прервал рассказ:
– Вот и мой вестник.
Вестник был маленького росточка, как и человечек, сорвавший с Фенрира талисман.
– Привет, Чен! Ты уже знаком с моим братом, теперь познакомься с матерью. У меня от неё нет секретов! Братец здоров?
