«Восстановление угла луча, – пояснил мысленно. – Принятие действий для избежания формирования дальнейшего кризиса».
И тут же почувствовал противодействие Карны, которая запретила запуск вещания.
В который раз вмешался Кристалл – временно заморозил все процессы, думал, взвешивал.
«Дрейк Дамиен-Ферно, решение в Вашу пользу, – именно так переводился высветившийся несколькими секундами позже прямо в воздухе текст. – Выдано разрешение на массовую трансляцию. Уровень ограничений: нет».
И где-то там далеко – ему было не слышно – сотряс перегородки отсека визг разъяренной лысой женщины.
Прежде чем отдать свой первый жесткий, как наковальня, приказ, Ани долго смотрела на отобранный у охранника планшет – охранника, которого потом отключила.
– Пошли!
Гуськом, как стая перепуганных цыплят, мы оббежали один гараж, второй, третий, пересекли освещенную ярким, словно на футбольном поле, прожектором дорожку и укрылись с обратной стороны дальних будок. Почти одновременно повалились на траву от неожиданного и трудного после долгого сидения бега.
– Ждите.
– Ждать? – жалобно спросила Элли. – Здесь?
– За остальными я сама. Не высовываться. Не шуметь!
И Ани, не дожидаясь комментариев, исчезла, сжимая в руке чужой пистолет.
Здесь, на «Раздаче», царила вечная ночь – чтобы заключенным тяжелее сбежать. У охранников сканеры, тепловизоры, охранники экипированы для вечной темноты.
Мы сидели в траве; позади чья-то тюрьма. За нашими спинами ряды из блоков-клеток, а в них люди, ожидающие финального вердикта. Чьего?
И мне впервые стало страшно. Уже не игра, не фильм, не чья-то зловещая сказка – наша собственная жизнь. Здесь творилось насилие, здесь могли выстрелить в спину, покалечить – и никто не придет.
Там, куда не проникал свет от прожектора, раскинулось до самого горизонта поле, а над ним звезды. Поле, начиненное минными установками: «
И мы сидели, как выводок гусочек, оставленный решительной и знающей, что делать, матерью.
Я мерзла в джинсах и куртке. Ночь, прохлада, запах бензина и разлитое в воздухе ощущение страха.
«Сортировка» – вот как нужно было назвать это место. Жуткое место, чистилище. Пахло землей и цветущей на поле полынью.
– Тай, – прошептала я в надежде на отвлекающий разговор. – Тай, что ты делаешь?
Подруга сидела, привалившись к холодной стене гаража, с закрытыми глазами.
– Не отвлекай, – отозвалась тихо и отстраненно.
Я заткнулась. Прежде чем отвернуться, поймала напуганный и сочувственный взгляд Лайзы.
Тоже закрыла глаза, попыталась успокоить расшалившееся сердце.
Больше всего я боялась новых звуков – того, что к нашему временному убежищу начнут приближаться шаги, что раздадутся незнакомые голоса, прорежут спокойную ночь крики. Но еще больше звуков выстрела. И того, что Ани за нами уже не вернется.
Мой «прыгательный» рефлекс не срабатывал. Постоянно натыкался на бетонную стену, разваливался, как наспех собранный каркас для преодоления препятствий, оставлял обессиленной. Пришлось прервать попытки.
– Водные ключи – нет, четвертый первоэлемент – нет, теперь звук… – шептала Тайра, словно сомнамбула. Разговаривала сама с собой, погрузилась в транс.
«
Но Ани вернулась.
За ней, как прежде и мы, бежали остальные: Райна, Меган, Шерин, Алеста, Марика и Инига, которую я поначалу не узнала. Все одетые не по погоде – слишком легко. Только Мег в тонкой куртке и Марика в плотной – прямиком с Магии.
Новенькие попадали рядом с нами, теперь пытались отдышаться. Элли наспех обнимала Шерин, Райна выглядела солдатиком, внимающим генералу, Инига приземлилась слева от меня – кажется, у нее кололо бок.
– Слушаем меня, – приказала Ани, и вновь неуловимо напомнила мне Линду Гамильтон – такая же собранная, волевая, ни на минуту не теряющая решимости. – Когда скажу, сразу же выдвигаемся.
И она принялась изучать на планшете движение патрулей. Молчала секунд десять, затем пояснила:
– Бежим вдоль поля. Туда, – рука махнула в сторону горизонта, – не углубляемся. Где именно начинается минная полоса, я не знаю, поэтому держимся вдоль гаражей. Когда я подниму руку, все замираем, ясно? Никаких вопросов, никаких разговоров.
Теперь наша группа напоминала мне отряд скаутов, заблудившихся в лесу и нарвавшихся на группу сбежавших зэков. И разом кончились шутки, равно как и детство.
– Движемся к блоку с машинами. Оружия ни у кого нет?
– Что будет,… если нас заметят? – подала голос Лайза.
– Я попытаюсь сделать так, чтобы не заметили. Но времени в обрез. К машинам нам надо быстро.
– А если заметят? – беспокойно давила Лайза.
– Будем стрелять.
– У тебя один пистолет.
