– Маленькое уточнение: после отсидки за убийство собственной жены ты выбрал хозяином Вайса или Шеффера? Мне для протокола, – нарочито усмехнулся Рик, давя на возможность вывести противника из равновесия. Нервы – это ошибки. Это шансы, уже заметные по тому, как взбешённо запыхтел Томас, прижимая широкое охотничье лезвие к горлу до неприятно обжёгшей царапины и скатившейся к вороту рубашки горячей капли крови.
– Кажется, ты, блять, не понял, chungo?! Тогда так, чтобы и до тебя дошло: или ты бросаешь совать нос в чужие дела, или твоей подружке прострелят не только башку. Только вот пулей она не отделается, с ней старые счёты. Вам предлагают валить, и это до пизды как щедро, уж поверь, – в многозначительном оскале показав желтизну зубов, Том повысил голос, командуя парнишке в бейсболке: – Эй, займись-ка его драгоценной тачкой. Этот грязный malparido51 не понимает нашу предельную серьёзность.
В ответ раздалось шипение выходящего из заднего колеса машины воздуха. Но даже надругательство над отцовским «Лоуренсом» сейчас не могло задеть Рика, полностью сосредоточившегося на поиске вариантов. Он проматывал в голове сценарий за сценарием, приём за приёмом, но всё впустую, пока сдерживает нож. И тут, перекрывая противный лязг железа по крылу машины, где-то со стороны Хойбергреддер, за спиной, раздался отдалённый вой полицейской сирены. Звук моментально заставил Тома настороженно вскинуть голову, выискивая глазами огни петерваген52 – рефлекс любого преступника, сейчас подаривший Рику такую нужную секунду ослабшего давления на горло.
Он не потерял ни мгновения. Удар кулаком по мощной челюсти снизу, дезориентирующий. Наконец оторвать от себя руку с ножом, возвращая контроль ситуации. Откинуть от себя Тома удалось ненадолго, что неудивительно с телосложением накаченного анаболиками мамонта. Но этого хватило, чтобы выхватить из кобуры родной «Вальтер». В суете и дышать забыл, совсем не заметив, как довольно сильно полоснуло лезвие по горлу, когда уходил из захвата. Жгло. И нужно ещё передёрнуть затвор пистолета, прицелиться, но времени не хватило. Нож всегда быстрее. Воткнётся в бок ещё до того, как будет возможность выстрелить.
– Тебе сказали, блядь, не рыпаться, – тяжело дыша, пропыхтел Том, окидывая напряжённо замершего Рика яростным взглядом. В загорелой руке ловко провернулась костяная рукоять ножа: – Вперёд, устрой пальбу среди белого дня на парковке для полицаев. Нам же проще, будет повод содрать с тебя погоны. А ты наверняка понимаешь, что если бы не они, то уже висел бы куском смачного хамона53 на крюке, – оглушительно заржав, Том шагнул назад, больше не пытаясь идти в атаку. И на тут же машинально передёрнутый затвор взметнувшегося пистолета даже бровью не повёл.
– Угрозы офицеру, засвеченные лица: назови хоть одну причину, почему я сейчас не прострелю вам ноги и не арестую, – прошипел Рик, в бессилии наблюдая, как парнишка в бейсболке уже пятился к припаркованному неподалёку серебристому седану.
Бессилие, потому что одна ухмылка Тома демонстрировала всё, что не требовалось говорить. Что это будет арест на пять минут и выговор от Беккера, и ничего более. А выстрелить хотелось так сильно, что горели пальцы на спусковом крюке. Глупо, ничего не даст, но как же хочется увидеть урода за решёткой хотя бы ненадолго.
– Ты не ебанутый, этого достаточно, – оскалился Том напоследок, открывая дверцу машины. – Так что примешь правильное решение и драпанёшь вместе со своей la caida54 вон из нашего города.
Потребовалась вся сила воли, чтобы не пальнуть ублюдку по ягодице, когда тот ускользал в серебристый седан. Или чтобы хотя бы не изрешетить пулями окна в машине, отомстив за царапину на горле и на «Лоуренсе». Идея рвануть за руль и проследить за ними потухла в понимании, что ему пропороли шину, так что пришлось лишь смотреть вслед квадратному бамперу и на автомате запоминать номера довольно потасканного ржавого «Опеля». Наверняка липовые.
Возвращая пистолет в кобуру с туманной от вернувшегося в кровь адреналина головой, Рик подумал с откровенной злостью:
«Нет, сволочь. Это
