Преимущество: в весе, в оружии для ограниченного пространства, где пистолет скорее угробит. Целящийся ему в бок удар ножа удалось принять на локоть, пуская в ход «Вальтер» не по назначению, ударяя рукоятью в висок противника. В ответ только шипение и оскал – такого мамонта не свалить настолько просто.
– Слабак, – прогремел Том, выбив из руки Рика пистолет и ринувшись в новую атаку. А где-то совсем рядом гремели новые выстрелы револьвера, уже четвёртый, доставший до цели: крик боли фрау Шеффер доносился до него, как через ватное одеяло.
– Ты знаешь, сколько стоили эти сиськи, идиотка? – простонала она. – Карл, боже мой, Карл, вставай…
Холодом окатило вены, и Рик полностью сосредоточился на бое. Ноги в пружинистую стойку, всё внимание на лезвие, которым Том снова попытался его ранить, на этот раз полоснуть по горлу. Отклонился назад, пригнулся – удар кулаком под дых, но сил выбить дурь из перекаченного анаболиками испанца не хватало. Лишь дезориентировать, заставить сдавленно охнуть, а затем точным выпадом попасть по руке и обезоружить.
Звонко брякнуло по полу упавшее лезвие, но этот звук не мог добраться до оглушённых выстрелами перепонок. Том взревел и с тупой, неуёмной силой рванул вперёд, буквально вбивая Рика в стеллаж. Острый укол боли в позвонках и затылке. Муть.
– Тебе конец, chungo!
С шипением вывернуться из хватки, взять в мёртвый захват шею. Машина, механизм, годами отработанные движения каждой звенящей мышцы. Том дёргался, с хрипом пытаясь сбросить руки Рика, и тот напрягся, ударяя его головой об полку.
Бам! Посыпались на пол прибамбасы фрау, и Рик от души поелозил носом Тома по полированной поверхности. Тот попытался двинуть ему локтем, пришлось чуть отклониться. Секунда. И снова удар, заставив только что приподнявшуюся голову испанца с размаху врезаться в кучу барахла на стеллаже.
Вопль. Вопль боли и поражения, и Рик не мог понять, в чём дело, но тело в его хватке перестало дёргаться в попытках ответной атаки. Лишь когда Томас с воем поднял голову, к горлу подкатила тошнота. Одна из металлических статуэток к форме члена воткнулась испанцу точно в левый глаз, заливая кровью лицо.
– Бля-я-ять! – орал он, и дальше всё машинально, не думая, сплошь рефлекс. Выхватить из кармана наручники, сцепить их на безвольно повисших руках и от души толкнуть противника на пол, оставляя оплакивать свою слепоту.
– Лора! – наконец смог оглянуться Рик, осознав, что давно не слышал никаких звуков с её стороны, и замер.
Она агрессивно трепыхалась, но ничего не могла поделать с тем, как её обхватила рука усмехающегося Алекса, вжимающего в висок пистолет. В застывшую кровь потоком жидкого огня хлынул адреналин: он видел панику в коричных глазах, видел в них полнейший ужас, и не знал, что с этим можно сделать. Когда этот ублюдок вообще ворвался в комнату?! Думай. Думай. Визги откуда-то из распахнувшихся комнат мешали не меньше, чем дезориентирующий ушиб на затылке.
– Даже не дёргайся, комиссар, – фыркнул Алекс. – Один шаг, и я вышибаю ей мозги.
– Рик, не слушай его! – Лора попыталась довольно продуманным ударом опытного бойца пнуть Алексу по голени, но тот ловко увернулся и сильней вжал в её голову оружие. Она зажмурилась, рвано выдыхая ртом.
– Отпусти её. Мы договоримся, – тяжело выкорчевал из себя Рик, чувствуя, как с каждой безнадёжной секундой что-то обрывалось внутри. С каждым мигом, когда Лора была рядом с этим чудовищем настолько близко. А тот тем временем медленно пятился к выходу, и Рик увидел, в какой панике там метались полуголые проститутки и их клиенты, в спешке пытающиеся покинуть салон. И даже спины фрау и Брауна, утаскивающих под руки Шеффера, он смог различить. Всё уплывало, утекало сквозь пальцы.
– Ещё как договоримся, ублюдок, – прошипел Алекс, проталкиваясь в коридор вместе с Лорой, будто не замечая, как она отчаянно царапала руку, схватившую её поперёк груди. – Через час на заводе. Привезёшь всё, что у тебя есть, все копии, и сожжёшь вместе со своим удостоверением. Не хотел по-хорошему, будет по-нашему. Или она утром станет новой звездой даркнета, – криво усмехнувшись, Алекс размахнулся и ударил рукоятью пистолета Лоре в висок, и Рик слепо рванул вперёд, теряя кислород от вида её крови. Её голова безвольно повисла, заканчивая всё сопротивление. – И стой на месте, пока мы не уйдём, или я застрелю сначала её, а потом всех, кто попадётся по дороге. Тебе потом отмывать их мозги.
– Ты труп. Я гарантирую, что ты не доживёшь до рассвета, – внезапно с полной уверенностью выпалил Рик, подчиняясь гудящему котлу ненависти под рёбрами. К херам закон. Он не мог перестать смотреть на струйку крови, стекающую по лицу Лоры к подбородку. Больно, будто ударили его.
– А я гарантирую, что она станет хорошей актрисой.
