– Будем искать нечто необычное. Неспроста же терминал прикрыли на целый год, что-то там в любом случае происходит, и даже не факт, что это связанно именно с нашим делом. Если будет совсем глухо, можно попытаться подслушать разговоры охраны, – предложила Лора, задумчиво смотря через стекло на зажигающиеся ночные фонари. Машина неумолимо подкатывала к полупустой парковке у придорожного кафетерия, от которого открывался замечательный вид на пирс. Она не очень хорошо ориентировалась в этом районе, но тем не менее могла понять, что как раз отсюда до нужного им терминала Толлерорт можно дойти за пару минут.
– У нас и выбора особого нет, кроме как пробовать хоть что-то, – заруливая на стоянку, признал Рик и, задумчиво постучав пальцами по сжатому в руке рычагу передач, проронил: – Нэкмарги зрываро сара мина лари34.
Лора оторопела, от внезапно и хлёстко прошедшей по воздуху вибрации перехватило дыхание. Услышать родной язык от него было максимальной неожиданностью, вместе с тем и жутко приятно окатившей грудь теплом. Будто приветственно нагрелась болтающаяся на шее материнская хамса. Столько раз за жизнь услышав пренебрежение к своей культуре, сейчас осознать, что для кого-то слова о её корнях совсем не пустые звуки, было невероятно воодушевляюще.
– Хаиста́35, – улыбнулась она, наслаждаясь тем, как звучала речь, которой общаться можно было исключительно дома. – Хорошее выражение, мне нравится. Ты выучил пушту в Афганистане?
– «Выучил» это, конечно, слегка громкое слово, да и практики слишком давно не было, – несколько замялся Рик, заглушив мотор и вытащив из зажигания ключи. – Но смог понять, о чём ты говорила с той бродяжкой. Идём?
– Да. Думаю, одних ножниц будет достаточно.
В отличие от неё, Рик фонарик всё-таки припас, хотя пока что в нём необходимости не было: парковка была хорошо освещена, да и у виднеющегося через дорогу забора тоже имелся свет. Лора даже не сомневалась, что помимо фонарика под всё той же курткой цвета хаки у её напарника надета кобура, и это давало приятное чувство безопасности. Как он давненько не практиковался с пушту, так и она уже забыла, когда в последний раз стреляла, да и Сиву ещё ни разу не приходилось защищать её всерьёз. С каждым шагом к забору всё же неизбежно нарастало шумом в ушах волнение – поймав короткий взгляд Рика, она поняла, что ему тоже сложно преодолеть себя и заходить куда-то не через парадную дверь, а с тыла.
– Нам лучше обойти, найти менее освещённое место, – тихо заметила Лора, настороженно посмотрев на раскинувшеюся перед ними высокую железную сетку с колючей проволокой сверху. За ней было видно долгие ряды грязно-коричневых контейнеров, а у ворот возле будки для охраны крутились парни в бежево-зелёной униформе и кепочках. Подходить ближе точно не стоило.
– Слишком много охраны для объекта на ремонте, – кивнул Рик на большую табличку, украшающую ворота. А затем решительно пошёл в обход, не выходя под свет фонарей.
Дороги тут уже не было, только едва примятая пожухлая трава до самого колена. Лора следовала за широкой мужской спиной, стараясь производить как можно меньше шума, но предосторожность была излишней: чем дальше вдоль забора они уходили, тем слабей доносились до них голоса цолл. Похоже, что дальнюю часть терминала сторожить особо никто не стремился, что, конечно, играло на руку. Спустя добрые несколько сотен шагов Рик встал и оценивающе взглянул на сетку: место действительно казалось удачным, между двумя контейнерами сохранялось удобное расстояние в пару метров.
– Уверен, что забор не под напряжением? – глухо спросила Лора, протягивая ему ножницы.
– Во-первых, у нас тут не третий Рейх, – пояснил Рик полушёпотом: – Это было бы незаконно и уж слишком странно, год бы они так не продержались. Во-вторых, я не увидел никаких проводов, а они должны были быть, – с этими довольно самоуверенными словами он на пробу коснулся кончиком ножниц сетки, и никакого удара током не последовало. – Что и требовалось доказать.
Толщиной прутья забора не отличались: лезвия перекусывали проволоку легко, и Рик присел, разрезая их с самого низа, чтобы сделать более-менее удобный проход. Лора включила отданный ей фонарик, осторожно подсвечивая сверху поле для действий. С инструментом его руки явно обращались привычно, и некоторое время она просто смотрела на то, как ловкие пальцы с негромкими щелчками в ночной тишине разделывались с проволокой.
– Чувствуешь себя преступником? – вдруг захотелось ей узнать, о чём он думал, когда так сосредоточенно сводил брови. Ножницы в его руке дрогнули, но затем снова возобновили работу.
– Чувствую, что оттуда дико несёт псиной, – увильнул он от ответа и поднялся, откидывая инструмент на траву: – Оставим пока здесь, чтобы не мешало.
Рик притих, и Лора последовала его примеру, вслушиваясь в далёкие голоса охраны. Где-то со стороны ворот негромко тявкнула собака. Но в целом обстановка казалась мирной, и после одного мимолётного взгляда – без слов договорившись сохранять максимальную тишину – оба прошмыгнули через дыру в разворочённом заборе.
