Имя блондинки я узнаю буквально за пару минут, а потом через фотографии нахожу упоминания о ней в социальных сетях. Там я натыкаюсь на комментарии, оставленные ее друзьями, и они выводят меня на профиль в «ЛинкедИн»[7].
Зовут ее Сильвана Кулиг. Давно уволившись из кинокомпании, она живет в Румынии с мужем.
Я связываюсь с ней по электронной почте, адрес которой указан в профиле. Нагло соврав, я утверждаю, что якобы пишу статью о современной студийной рекламе и ее влиянии на голливудские блокбастеры.
Отвечает она примерно спустя сорок пять минут. В письме указан ее номер.
Интернет говорит, что в Румынии сейчас день, поэтому я сразу же звоню ей через WhatsApp.
– Алло? – раздается женский голос.
– Здравствуйте. Это Сильвана?
– Да.
– Меня зовут К. Простите, что беспокою. Вы не против ответить на пару вопросов? Желательно по видеосвязи.
– Да, конечно, – отвечает она. – Секунду.
Сильвана коротко постриглась и чуть поправилась, но это явно она – та женщина с фотографий.
– Можете открыть фотографию, которую я сейчас пришлю? – спрашиваю я.
– Давайте, – отвечает она.
Я скидываю ей фото со шрамом.
– Я понимаю, вам неприятно об этом вспоминать. Знаю, спрашивать некрасиво, и я заранее прошу прощения, но можете рассказать, откуда у вас этот шрам?
– Какого хрена?
– Вы о чем?
– Зачем вы опять лезете ко мне с этой фигней?
– С какой именно?
– Да с отфотошопленной фоткой! Зачем меня уродовать, а потом звонить и докапываться?
– То есть это не оригинал?
– Бинго, – отвечает она. – Я, кстати, записываю звонок, и видео тоже.
– Погодите, значит, кто-то уже спрашивал про ваш шрам?
– Все, до свидания.
– Стойте. – Я достаю права и подношу их к экрану. – Клянусь, я вас не разыгрываю и не обманываю. Просто пытаюсь понять, что происходит.
Она пристально на меня смотрит, а потом снова просит показать права и делает отдельный скриншот.
– У тебя две минуты, – сообщает она.
– Кто спрашивал вас про фотографию?
– Он не представился. Сказал, это в целях его безопасности.
– А еще что-нибудь он упоминал? Какую-нибудь игру?
– Нет. В чем вообще дело?
– Клянусь, я над вами не издеваюсь, – говорю я, – и с ума не схожу. Просто мне нужно узнать, откуда у вас этот шрам. Это очень важно, правда, просто… сложно объяснить почему.
Поднявшись, Сильвана выходит из комнаты в просторное фойе. Развернув камеру, она демонстрирует огромную фотографию во всю стену. На ней Сильвана нависает над знаменитой актрисой – вот только никакого шрама у нее нет.
Вновь повернув камеру, она поднимает руку. Кожа на запястье ровная, без единой царапинки. Без единого шрама.
– Нет у меня никаких шрамов. И не было. Говори давай, откуда он вообще взялся?
Я подробно описываю видео с Джеффом Голдблюмом, но саму запись не показываю. Одно дело – прислать ей отфотошопленную фотографию, и совсем другое – жуткое поддельное видео, в котором ее двойник играет главную роль. Чувствую, тогда она точно сбросила бы звонок и вызвала бы полицию. Как и я на ее месте.
Сильвана говорит, что действительно участвовала в рекламной кампании, но никто на Голдблюма не нападал. И раз уж меня так заинтересовала фотография, Сильвана предложила купить недавно выпущенный альбом фотографа, который ее снял. Она дала мне его контактные данные и уточнила, что тогда еще не вышла замуж и что ее девичья фамилия – Митчелл.
Когда она начинает прощаться, я вдруг вспоминаю ее слова:
– Вы говорили, что записываете звонок.
– О да, уж поверь.
– Могу понять. А у вас есть запись звонка с тем мужчиной, который спрашивал про шрам до меня?
– Конечно, – отвечает она.
– Не скинете мне скриншот?
– Если найду.
Поблагодарив ее за потраченное время, я кладу трубку.
Найти фотоальбом, о котором говорила Сильвана, оказывается проще простого. Стоит только ввести имя фотографа в Гугл, как выскакивает та самая фотография, и нигде у Сильваны нет шрама.
Отыскав среди них самую четкую, я скачиваю ее и сравниваю с предыдущим снимком.
Они одинаковые. Единственное различие – шрам.
Пока я разглядываю изображения, что-то в гостиной вдруг преображается. Словно сама комната меняет форму, и воздух становится совершенно другим – как в салоне самолета при взлете, как в момент тишины во время фильма ужасов, за мгновение до того, как из-за мусорного бака выскочит черная кошка, до смерти перепугав зрителей.
Вдруг телефон пиликает сообщением, и я вздрагиваю так, что едва не оказываюсь на полу.
Мне написала Сильвана. Она нашла фотографию человека, который спрашивал ее про то видео.
Фотографию Фокусника.
Дождавшись семи утра, я вновь пытаюсь дозвониться до Хлои. Она берет трубку.
– Чего тебе?
– У меня появилась зацепка.
– Очень надеюсь, что ты не про «Кроликов».
– Ты придешь или нет?
Хлоя молчит.
– Ау?
– Зайду после работы. Закажем чего-нибудь.
И она вешает трубку.
Приходит Хлоя в половине шестого.
– Только не злись, – прошу я, – но мы созвонились с Сильваной, и она рассказала про Фокусника.
– Так, кто такая Сильвана?
– Пообещай, что не будешь на меня злиться.
– Я уже злюсь, – отвечает она.
Мы устраиваемся на диване, и я рассказываю про фотографию и про разговор с Сильваной.
Хлоя сравнивает фото со шрамом и без него.
