Все вокруг пронизано новейшими технологиями, начиная от оросительной системы, поливающей экзотические цветы и деревья, и заканчивая высокоскоростными стеклянными лифтами, беззвучно скользящими за стеклами многоэтажных офисных зданий. WorGames закупили все самое новое, интересное – и дорогое.
Мы выходим на широкую дорожку, выложенную мелкой брусчаткой; сотрудники обычно зовут ее Центральной улицей. Людей практически нет – по пути нам встречаются лишь несколько работников, скрывающихся за зонтами и капюшонами от дождя, а за наушниками – от мира. Через несколько минут дорога поворачивает, переходя в небольшой парк. И тогда перед нами появляется Башня.
Она вырастает из низкого краснокирпичного здания Первого корпуса и нависает над комплексом WorGames футуристичным дозорным из стекла и бетона. В ней не меньше двадцати этажей – может, и больше; окна слишком темно затонированы, и сосчитать их непросто.
Приблизившись, мы замечаем, что кирпичи и панели в Первом корпусе и самой Башне уложены не горизонтально, а вертикально, что придает зданиям своеобразную уникальность, словно они вдохновлялись новейшей научной фантастикой в смешении с нуарными фильмами Антониони.
Не торопясь, мы подходим к Первому корпусу. Я поднимаю голову, разглядывая Башню.
Ее грозный, тускло подсвеченный силуэт на фоне свинцового неба напоминает о монолите из сна; внезапный зловещий ужас охватывает меня, как тень, наползшая на солнце. Хлоя, словно ощутив это, берет меня за руку, и мы вслед за Сидни проходим внутрь.
Как и в остальном комплексе, внутри Первого корпуса зелени не меньше, чем снаружи: в просторной застекленной прихожей повсюду стоят горшки с карликовыми деревьями, а с потолка свисают цветы.
В фойе Сидни с улыбкой машет администратору, одиноко сидящему за длинной стойкой из полированного дерева. Стену за его спиной покрывает то ли сине-зеленый мох, то ли плющ. Сама стойка тянется через все фойе, из-за чего оно напоминает элитное казино.
У Сидни нет допуска в Башню, зато у нее есть план.
Делать вид, будто нам все можно.
Пройдя через фойе, мы спускаемся по широкой лестнице и выходим в длинный коридор, выложенный блестящей бордовой плиткой, от которой наши шаги отражаются эхом.
В конце коридора на скамейке сидит охранник. Ему лет шестьдесят пять, он полностью лысый, и при виде нас он легко улыбается и вскидывает руку в приветствии.
– Привет, Альберт, – здоровается Сидни.
– И тебе привет, Сид.
Стена слева от нас полностью стеклянная, а за ней раскинулся огромный внутренний двор – густые зеленые заросли. Я смотрю на него и думаю, каково было бы работать в WorGames: сидеть там на скамейке, обедать с коллегами, вдыхать насыщенный кислородом воздух и мечтать о работе с Сидни Фэрроу, о придуманных ею мирах, которые мы могли бы реализовать вместе. Как бы изменилась моя жизнь, если бы меня взяли в WorGames? Может, получилось бы даже забыть о «Кроликах»…
Хотя Барону это не помогло.
Я отвлекаюсь от своих мыслей, когда коридор заканчивается и мы проходим в атриум Башни.
Он просторный и круглый, с высоким, слегка изогнутым потолком, похожим на купол. Пол выложен тем же бордовым камнем, что и в коридоре, только там он был без украшений, а здесь плиты покрыты мелкой мозаикой, закручивающейся в замысловатые вихри. Они стекаются к центру, где под громадным маятником выложен маленький белый круг. Маятник свисает с потолка на длинном тонком проводе, и поначалу его медленные гипнотические движения успокаивают, но я всем естеством чувствую, как он борется с притяжением, как противится земной оси, пытаясь вычертить в воздухе ровную линию.
Меня бросает в дрожь при мысли о пустой борьбе маятника с неподвластными ему силами Вселенной. Осознание, что мы противимся похожему могуществу, оседает на плечах камнем.
Я даже оглядываюсь на него через плечо, на мгновение засомневавшись, правильно ли вращается Земля.
Мы проходим в вестибюль. Слева от двери стоят две стойки регистрации, а напротив – низкие деревянные скамейки. Из людей я замечаю только высокую брюнетку с узким лицом, стоящую за ближайшей к нам стойкой.
– Доброе утро, мисс Фэрроу. Чем могу помочь?
– Нам нужно наверх, – говорит Сидни.
– Что, простите?
Сидни тыкает пальцем в сторону потолка.
– Мы хотим подняться.
– Простите, но вам туда нельзя. – По ее лицу видно, что она очень не хочет отказывать Сидни. – К сожалению, я не могу пропустить вас без звонка от начальства…
Сидни ее даже не слушает, просто проходит между стойками, пересекает короткий коридор и выходит в длинное фойе с двумя высокими лифтовыми дверями, стена напротив которых полностью покрыта плющом.
Не церемонясь, Сидни вызывает лифт.
Обе створки лифта открываются одновременно, и мы заходим в ближайший. Двери закрываются.
На панели внутри двенадцать пар кнопок, а над ними еще одна, чуть больше, выделенная специально под пентхаус.
Сидни тут же нажимает на все подряд, но кнопки не загораются.
Мгновение спустя двери открываются снова.
Мы так и остались на первом этаже, только теперь перед нами стоит охранник.
– Сид, – говорит он, – в чем дело?
– Не лезь, Альберт. Мне нужно наверх.
