Леди Кейтилин из уважения к семье Вейона Пуля объявила месячный траур в Винтерфелле; на похоронах она утешала плачущую мать, пока заплаканные Джейни, Аннис и Венла жались друг к другу. Одетые в черное, они походили на нахохлившихся воронят; пред лицом общего горя сестры позабыли обо всех обидах: Джейни обнимала за плечи всхлипывающую Аннис, держа за руку Венлу. Лицо шестилетней девочки казалось маской, вылепленной из снега; она не произнесла ни слова с того момента, как узнала о гибели Герди, послушно шла рядом со страшими, и это ее спокойствие пугало куда больше жутких завывающих рыданий сударыни Пуль.
Септа Мордейн роняла слезы, про себя читая молитву Неведомому об упокоении души маленькой Пуль, Арья шмыгала носом, а Сансе, не взирая на все ее сочувствие к семье подруги, едва удалось выдавить несколько слезинок, стоя над заколоченным гробом Герди: копыто лошади смяло ее голову, точно яйцо, и даже мейстер Лювин, готовивший девочку к погребению, не смог вернуть ей лицо. Сказал только, что рана ужасна, и не стоит скорбящей матери и сестрам Герди ее видеть; пусть в их памяти она останется такой, какой была при жизни.
- Пять годков всего, и не пожила толком, - причитала Сорча, обнимая хнычущую Рону, - видно, уж больно она богам приглянулась, раз уж так ее забрать захотели…
- Теперь она танцует с детьми леса, - глядя куда-то в сторону, нараспев проронила Венла; широко распахнутые глаза девочки казались парой черных озер на бледном лице, обрамленном тугими локонами, выбившимися из-под темного платка. Губы ее дрогнули в мимолетной улыбке. - Я тоже хочу с ними поплясать. Пусть ветер нам споет, и снежинки закружат хоровод…
Джейни дернула младшую сестру за руку, Венла покачнулась и с глубоким вздохом опустила голову. Несколько прачек, стоящих рядом с девицами Пуль, попятились, обходя маленькую Венлу, оставшуюся без сестры и подруги, Дилис по-птичьи дернула головой, косясь на девочку блестящим любопытным глазом, и суеверно сплянула себе под ноги. Рона что-то быстро забормотала себе под нос, теснее прижимаясь к Сорче. Джейни, оглядевшись застравленным зверем, привлекла к себе Венлу; Санса хотелось как-то поддержать ее, сделать хоть, что-нибудь, чтобы облегчить ее боль, но подруга даже не желала встречаться с ней глазами. Сгорбившись по-старушечьи, она стояла подле гроба, в котором упокоилась Герди, пока явившиеся на похороны бросали по медному грошу в глиняную чашу - подаяние для старых богов. Бросив свою монетку, юная леди Старк попыталась поймать взгляд Джейни, если не вслух, так хотя бы глазами выразить свои сожаление и любовь. Все их споры и ссоры, это было таким глупым и незначительным; и почему Санса сразу этого не поняла? Чтобы не случилось, подруга всегда может рассчитывать на нее; однако, когда потухший взгляд девицы Пуль коснулся Сансы, она сконфуженно отвернулась.
Легко было любить веселую Джейни, смешливую, острую на язык сплетницу, любящую целоваться; эта девушка, согнувшаяся под тяжестью горя, была совсем другой, и к ней тяжело было испытывать что-то, кроме жалости.
После похорон Санса почти не видела ни Джейни, ни Аннис, которую леди Кейтилин осовободила от ее обязанностей: у матери сестер Пуль после смерти младшей дочери случился приступ горькой меланхолии. Женщина плохо ела, спала всю ночь и большую часть дня и почти не вставала с кровати; вся забота об Аннис и Венле легла на плечи старшей девицы Пуль. Бет Кассель старалась подсобить ей по возможности, пока Санса помогала леди Кейтилин выполнять обязанности хозяйки замка. Пусть принц Джоффри еще не король и дата их свадьбы даже не назначена, матушка считала, что ей уже нужно набираться опыта и умения обращаться со слугами.
- Поначалу все покажется тебе новым и незнакомым, - поучала леди Старк старшую дочь, - но люди в большинстве своем везде одинаковы. Держать челядь нужно в строгости, если хотя бы раз дашь слабину, приструнить их потом может оказаться очень нелегко.