– Нет! – воскликнул я и захлопнул рот рукой. Это было очень уж неожиданно даже для меня самого.
Она отстранилась от меня. В её глазах снова стояли слезы.
– Прости меня, я тебя расстроила…
Испытывая очень сильное раздражение, я стиснул её в объятиях.
– Тише, тише. Не бойся меня. Ты ни в чём не виновата, слышишь?
Я уткнулся в её покатое плечо и поцеловал через рукав. Она обняла меня в ответ свободной рукой.
Казалось, мы сидели так вечность.
На миг мне подумалось, что я мог бы остаться с ней. Выбросить лекарство из кармана, стереть номер Ядвиги. Денег с моих фотосессий и участии в клипе Даши вполне хватило бы на первые несколько месяцев. Нашёл бы какую-нибудь работу, ездил на фотосъёмки, приглашения на которые периодически прилетают на почту. Мы с Анфисой дрейфовали бы по этой жизни в крохотной квартире, отвергнутые собственными семьями, и тратили силы на пищащее создание.
Ох, нет. Если и жить с Анфисой, то без ребёнка.
Мне он не нужен.
– Анфиса.
Она подняла на меня глаза:
– Да?
– Как ты себя чувствуешь?
– Я в порядке, – она слабо улыбнулась, – правда, мне немного нехорошо, но я в порядке.
Она очень долго болтала о будущем. Оказалось, её желание – переехать со мной в город побольше после окончания университета, найти там хорошую работу поблизости от детского сада, ухаживать за цветочной клумбой около подъезда. Мелкие, глупые мечты, ничего особенного.
Анфиса сильно изменилась с нашей последней встречи, и эти изменения рождали в моём сердце сдержанную нежность, граничащую с невыносимым раздражением. Она стала мыслить мелко и глупо, как курица-наседка: вся её жизнь крутилась вокруг ребёнка.
А ещё она очень хотела замуж. За меня.
Как глупо.
– А ты помнишь, как мы познакомились? – ласково мурлыкнула она, прижимаясь ко мне дрожащим телом.
– Конечно.
Сложно забыть что-то подобное.
В тот день шёл сильный дождь. Близилось лето, но весна умело отстаивала свои позиции и залила асфальт трёхдневным ливнем. Утром было солнечно, и, собираясь в университет, я оставил зонт дома. Как оказалось, зря, поскольку ближе к полудню небо нарядилось в тучи.
Когда занятия подошли к концу, я стоял на крыльце и надеялся, что вскоре смогу добежать до дома, не промокнув. Мимо проходили студенты с зонтами, и я им очень завидовал.
– Эй, – меня аккуратно подёргали за рукав. Настроение было ни к чёрту, и я собирался нагрубить потревожившему меня и обернулся.
Передо мной стояла девушка в нелепом жёлтом сарафане на толстых лямках. В руках она сжимала огромный алый зонт.
– Чего тебе?
– Привет, – она густо покраснела и чересчур жизнерадостно спросила: – Ты забыл зонт, правда?
– Ого, не знал, что в этом универе развивают экстрасенсорные способности, – съязвил я. Почему-то девчонка с огромной заколкой на чёлке раздражала меня.
Ей моя шутка понравилась:
– Ты забавный. Меня Анфисой зовут, – она протянула мне свою маленькую ладошку. Я пожал кончики её пальцев.
– Я Тимур.
– Может, пойдём домой вместе? – предложила она и густо покраснела. – Где ты живёшь?
– На Медведева. А ты?
– Я на Школьной. Гораздо дальше тебя, но по пути, так что не волнуйся: проводить тебя будет совсем не проблема.
Я пожал плечами и согласился. Судя по всему, дождь и не думал униматься, а ждать до следующего утра не хотелось.
Она раскрыла зонт и держала его над нашими головами так высоко, как могла, но я всё равно постоянно стукался о спицы и застревал в них волосами. К тому же, она то и дело наклоняла его в разные стороны и болтала без умолку обо всём, что приходило ей в голову, и тыкала пальцем в каждое животное, которое видела, что изрядно капало на мозг.
Наконец, мне надоело.
– Дай я, – я вырвал зонт у неё из рук и выдохнул с облегчением.
Спустя пару метров я заметил, что у Анфисы промок рукав блузы и прилип к руке.
– Встань немного ближе.
– А?
Господи, и почему она такая глупая.
Я взял её за плечо и приблизил к себе.
– Возьми меня под локоть, так мы не промокнем.
– А… а можно?
– Что за глупый вопрос? Возьмись уже да пойдём.
Она кончиками пальцев ущипнула меня за рукав тонкой куртки. Её щека порой тёрлась о моё плечо.
Какая странная девчонка, господи. Скорей бы домой добраться.
Такой я её и запомнил.
Если бы она была менее милой и навязчивой, не предлагала бы без конца свою помощь, всем было бы лучше.
– На каком ты сроке?
– Девятая неделя идёт.
Какое-то время мы сидели молча. Я чувствовал на себе всю тяжесть её тела и медленно закипал. Чувства перекрывали друг друга в причудливом танце и сливались в дикий клубок, за конец которого я боялся потянуть.
– Тимур.
– Что, милая?
– Мне нехорошо. Можешь принести немного воды?
Отлично. Это мой шанс.
– Может, попьем сладкий чай? Слышал, что он помогает при тошноте. Как ты на это смотришь?
Анфиса ненадолго задумалась:
– Да, может помочь. Мне пойти с тобой?
Я без сопротивлений уложил её на диван и накрыл сорванным с кровати пледом.
– Лежи, лежи. Тазик принести?
– Да, пожалуйста.
Я сходил в ванную и поставил около дивана маленький салатовый тазик, а сам ушёл на кухню.
Почему, если Анфиса меня так бесит, я не могу остаться равнодушным к её доброму взгляду? Почему меня так трогает и волнует её существование?
