В кухне я потрогал еле теплый чайник и включил его. Достал из навесного шкафчика две кружки с рисунками. Достал из косухи серебристый пакетик и положил рядом с сахарницей.
Как же она меня раздражает.
Каждым действием будто специально вызывает у меня приступы жалости.
Я взял пакетик в руки и долго и внимательно его разглядывал.
Закипел чайник. Я достал чайные пакетики из маленькой коробки, закинул их в кружки и залил кипятком. Себе доверху, Анфисе наполовину – разбавлю, чтобы кипятком не давилась. В прозрачном кувшине на подоконнике как раз отбрасывала блики чистая вода.
Когда её чай стал в меру горячим, я разорвал зубами податливую упаковку и наклонил в кружку.
Порошок быстро побежал в красноватую жидкость и вскоре резко остановился. Ядвига, кажется, говорила что половина пакетика нужна. Тогда отолью часть себе и добавлю кипятка.
Так и сделал. Попробовав на вкус, решил добавить Анфисе чуть больше сахара. Не то чтобы лекарство обладало каким-то вкусом, но мало ли.
Я стряхнул пыль и крошки с подноса на столе и, поставив туда кружки – Анфисину левее, свою правее, – вышел в комнату.
Анфиса приподнялась на руках.
– Тебе помочь?
– Лежи.
Я ногой подвинул к дивану табурет и поставил поднос на него.
– Спасибо.
Она села, подложив под спину подушку, и взяла в руки левую кружку. Немного отпила.
– Ой, так сладко.
– Прости, милая. Сделать другой?
Что я такое несу, Господи? Больше лекарства у меня нет!
– Нет-нет, не волнуйся, – она одарила меня доброжелательной и теплой улыбкой: – Я очень давно не пила чай с сахаром. Это вкусно.
Нас отвлёк телефонный звонок. Анфиса потянулась к письменному столу за телефоном и взяла трубку.
– Алло? Привет, Даша.
По телу отчего-то пробежала слабая дрожь. Что ей надо?
– Я? Да так, чай пью с Тимуром.
Вот чёрт. Эта девчонка до сих пор не умеет держать язык за зубами!
– Нет, я не шучу. Хи-хи. Приходи в гости, посидим как-нибудь вместе. Антон? Не знаю, ты же сама знаешь, в каком я положении, не думаю, что он… принял бы такое. Ну, да, я гуляла с ним, но это же ни о чём не говорит.
Она болтает в моем присутствии о другом парне в романтическом ключе. Как странно.
– Антон так хвастался съёмкой в твоём клипе. Ладно, пока. Я позвоню тебе вечером, хорошо?
Она снова взяла в руки кружку и поднесла к губам.
Я так внимательно наблюдал за тем, как она медленно осушала чай, что забыл о своем чае.
– А ты чего не пьешь?
– Да вот, залюбовался тобой.
Анфиса покраснела и глупо хихикнула.
Наконец, чай закончился. Девушка с зевком потянулась и растянулась под пледом.
– Ложись со мной?
Я лег рядом сверху на плед и уткнулся в её открытую шею. Волосы Анфисы давно растрепались, и некоторые пряди выбились из длинной косы.
Она долго и мягко шептала мне о чем-то. Я не слушал, да и, похоже, ей хватало собственного внимания.
Наконец, Анфиса тихо засопела и вздрогнула в объятиях. Я догадался, что она заснула, и осторожно встал.
Пакетик от лекарства я положил обратно в карман косухи и, стараясь не шуметь входной дверью, вышел.
Она так сладко заснула. Не думаю, что с ней что-то случится.
Когда я ехал в такси обратно в особняк Ядвиги, мне позвонила Даша.
– Привет.
– Приветик. Рада, что ты одумался и вернулся к ней.
– Угу.
– Береги Анфису. Ей и так несладко.
– Угу.
– Знаешь, а ведь я пыталась завоевать её расположение, да только ты всё испортил.
Я сбросил вызов и отключил телефон. В таком случае у неё будет шанс попробовать снова.
Мне советы и откровения ни к чему. Лицемерная овца: вчера за милую душу кричала подо мной, а сегодня радуется за подружку. Интересно, конечно, да только такая дружба и гроша ломаного не стоит.
Едва дождавшись окончания пути, я выпрыгнул из авто. Холодный ветер обжёг лицо и грубо толкнул назад, к проезжей части.
Куривший на крыльце Сатанько одарил меня злобным взглядом псины, привязанной к дереву. Я дёрнул уголком губ и вошёл в дом. Скинув обувь, я быстро пробежал по лестнице к себе и успокоился только упав на кровать.
Кажется, всё позади. Дальше всё будет хорошо.
Вдруг всё моё нутро болезненно сжалось.
Я не допущу таких ошибок.
Никто и рядом не стоях рядом с Ядвигой. Она нужна мне, как воздух.
Она спасла меня. Вытащила в люди. Подарила новую жизнь, сытую и радостную.
Стыд запоздало обжёг меня. Мысли роились в голове и гудели.
Я переспал с другой. Но… ведь это вполне оправдано, верно?
Я был жесток с ней из-за её отношения к Ядвиге. Я наказал её за ложь, не больше.
Я люблю Ядвигу, пусть она мне и не верит и просит не говорить таких опасных слов, считая их ложью, я скажу ей об этом.
Раздался робкий стук в дверь. Я нехотя поднялся с кровати и приоткрыл дверь. Передо мной стоял раскрасневшийся Ромашик:
– Госпожа велела передать, что ждёт вас в восемь вечера в Стране чудес, – с этими словами он вложил мне в руки расписанный золотистым пригласительный конверт. – Вас отвезёт Сатанько. Его машина будет ждать в семь часов у ворот.
– Спасибо.
Я закрыл дверь.
Ещё одно чудесное свидание? Ядвига определённо меня балует.
Сердце запрыгало в груди от радости и предвкушения. Я не подведу её. Надену лучший костюм, куплю лучшее кольцо и прекрасный букет, и всё будет хорошо.
