Ха, не отказываются! Да я личность! Я та, что идёт против толпы. Я настолько привыкла думать своей головой, что даже селфи никогда не делала.
– Давай просто уважать мнения друг друга, – ответила я с напускным спокойствием. – Больше тебе угрозы не помогут, так как мне теперь известно, для чего тебе нужно столько силы. Ты попадёшь домой при условии, что я не стану твоей жрицей.
Это была самая тяжёлая пауза в моей жизни. Я всё ожидала, что Неферпсут снова превратится в монстра и накинется на меня, но мне повезло.
– Хорошо. – Она отвернулась, давая понять, что ничего хорошего в сложившейся ситуации не видит. Села на кровать и положила на колени ленивую кошку. – У тебя ещё есть время передумать.
Ох, какое великодушие.
– А как же Оз? – я вдруг вспомнила об этом засранце. – Ты не заберёшь его с собой?
– Оз? – переспросила жрица.
– Освальд.
А у него такое имя противное. Ос-валь-д. Как я могла этого раньше не замечать?
– Как бы мне ни хотелось его забрать, придётся оставить, – кажется, по-настоящему огорчилась Неферпсут. – Там я буду с Себеком, мы любим друг друга.
Прям от сердца отлегло. Говорю же, не могу всей душой возненавидеть Оза, хоть он такая сволочь… А Неферпсут красава: и любовника бросить жалко, и к любимому хочется.
Наверное, я частично лишилась доверия Её Высочества, так как она не стала делиться со мной любовными переживаниями. Без лишних слов она ещё чуть-чуть покрутилась перед зеркалом, надела три кольца с крупными камнями, и после этих завершающих штрихов мы вышли из комнаты.
Видала я мумий, но эти были по-настоящему отвратительны. Разорванные бинты с махровыми концами, сморщенная коричневая кожа. У некоторых отсутствовали руки-ноги, явно оттяпанные не так давно. Мумия с почти разложившимся лицом и жёлтыми зубами, как назло, притягивала взгляд. Другая вызывала ещё больше сострадания – такая маленькая, наверное, ребёнок… Без почтения к усопшим тела древних египтян валялись на паркете, на светлых досках невооружённым глазом можно было заметить сор, который осыпался с мумий. Даже мелкий жучок примерещился.
Особенно жутко было наблюдать это безобразие в викторианской комнате с пианино и сдвинутой у стен шикарной мебелью.
Не считая мумий, мы с Неферпсут были одни. По её приказу я зажгла свечи и смешала в маленьком чане сушёные травы с птичьими перьями. От следующего приказа я чуть было не устроила истерику – мне было велено оторвать от каждой мумии по кусочку и кинуть в тот же чан. Подавив эмоции, я взяла со столика нож и опустилась перед самым симпатичным экземпляром. Я куриную тушку не в состоянии разделать, что уж там говорить о человеческом теле! Интересно, а если брать частички бинтов, это же не глумление над трупами? Моя совесть останется кристально чистой? Нашёптывая на русском слова извинения, я отрезала кусочек затвердевшей ткани и посмотрела на Неферпсут. Та не стала ругаться или давать советы, поэтому я продолжила в том же духе. Жалко бедолаг, над ними до меня ещё поиздевались. Оставлю им оставшиеся волосы и прочее. К самой страшной мумии, той, что с жутким лицом, я подошла в последнюю очередь и ещё относительно долго выбирала на ней участок, чтобы отрезать немного ткани и при этом меньше смотреть на само тело. Не получилось, всё равно пришлось лицезреть торчащую кость.
Неферпсут приняла у меня ворох разномастных лоскутков и, собственноручно бросив их в чан, подожгла свечой его содержимое. Огонь как бы с неохотой принялся лизать экзотическое «угощение», в воздух поднялся первый робкий дымок.
Надеюсь, от меня больше ничего не потребуется.
Вопреки ожиданиям жрица меня не отпустила. Нараспев что-то говоря по-древнеегипетски, она взяла обеими руками своё колдовское варево и начала обходить лежавших на полу мертвецов.
Вот ты какая, некромантия… Лучше бы мы с котиками играли!
Горьковатый дым из чана стал уверенно расти. Причудливо разветвляясь и извиваясь, он поднимался выше и с неестественной стремительностью охватывал пространство. Не прошло и минуты, как я не выдержала дымовой атаки и подошла к окну. Не задыхаться же из-за прихоти возомнившей себя богиней особы. Отдёрнула штору и, ахнув, отскочила, как газель, заметившая в воде крокодила: по стеклу шла золотистая рябь.
На полу непонятно откуда собирались золотые песчинки. Я старалась не наступать на них, но скоро их стало так много, что не вляпаться было просто невозможно. Тёплые, вроде безобидные, и на том спасибо.
Как я ошибалась!
Неферпсут что-то громко выкрикнула, и песчинки, дружно собравшись в несколько десятков кучек, приняли вид саранчи. В следующее мгновение многочисленные золотые насекомые жадно набросились на мумии. Они их пожирали, честное слово, пожирали!!!
Как кисейная барышня, я опустилась на скамеечку перед пианино и закрыла лицо руками. Уши бы ещё прикрыть, невозможно слушать хруст поедаемых тел!
