Игры. Нерассказанное [сборник] полностью

Я потрясенно уставилась на него в полной уверенности, что он надо мной издевается, но мой пациент замолк, и меня стали терзать смутные сомнения.

– Назови мое имя, – повторил он, и теперь это было даже не требование, а самый настоящий приказ.

– Гарри, – сказал Джексон, грозно нависнув над нами. Только спустя пару мгновений я осознала, что он дал Тоби неверный ответ. Впрочем, у меня не было уверенности, что Джексон Карри в курсе, кто отлеживается у него в хибаре.

– Гарри, – эхом повторил Тоби таким тоном, что сразу стало ясно, что он вовсе не устраивает спектакль.

А действительно не помнит своего имени.

– А фамилия? – уточнил он.

– Уж этого не знаю, – с полуусмешкой проворчал Джексон, давая понять, что не просто не знает ответа – ему попросту наплевать. – А я Джексон. – Его грубый голос стал еще грубее. – А это Анна.

– Анна… – повторил юноша с ожогами хриплым, пропитанным дымом голосом. – Одинаково пишется и слева направо, и наоборот, если только в конце есть буква h, так ведь?

Я снова перенеслась в бар. А ты, девочка-палиндром. Анна. H-A-N-N-A-H. Может, хоть с тобой мы еще увидимся? Зажжем от души, так сказать, развлечемся…

Тогда он уже знал – прекрасно знал, зачем поедет на остров Хоторнов. Ради игры. Мне было невдомек, зачем парнишке, у которого есть все, играть с огнем. Что это? Ярость? Беспечность? Но я точно знала, что для него это было игрой, не больше.

– Да что с тобой не так, черт возьми? – невольно вырвалось у меня.

Причина моей злости только усмехнулась.

– Ты у нас доктор. Ты мне и скажи.

– Медсестра, – на автомате поправила я.

– Mendax, – парировал он. Потом, выдержав паузу, пояснил: – Это «лжец» на латыни. – Его черты исказились от боли, но он словно бы твердо решил не обращать на нее внимания. – Кажется, я из тех, кто мгновенно распознает ложь. Ты не совсем медсестра. – Он снова прервался и перевел дыхание. – Если б нужно было сделать логическое предположение об обстоятельствах, из-за которых я тут оказался – сдается мне, с логикой я тоже дружу, – я бы сказал, что я, скорее всего, отвратительный, страшный человек и кто-то очень хотел моей смерти. Уже теплее, а, не-медсестра Анна?

– У тебя память отшибло, – заключил Джексон – он пришел к тому же выводу, что и я.

– Амнезия, – сказала я вслух и подумала про травму головы. Все мое внимание было сосредоточено на ожогах – а может, зря?

– Скажи-ка, Анна Слева Направо и Справа Налево, это ты мне голову раскроила? – спросил Тоби и попытался сесть.

Я рефлекторно схватила его за плечи и случайно задела обожженную кожу.

– Это у меня еще впереди, если ты не ляжешь, – пригрозила я.

Он подчинился моему приказу – а может, очередной вспышке боли. Его веки отяжелели, и на миг мне даже показалось, что он сейчас потеряет сознание, – но, увы, не повезло.

– Не знаю, кто ты такая – и кто вон тот бородач, – продолжал Тоби. – Черт побери, да я ведь не знаю даже, кто я. Но есть ощущение, что я из тех, кто может стереть в порошок весь твой мир. Вот так, в один миг.

Он щелкнул пальцами, не поднимая руки.

Да ты его уже стер. Я отогнала эту мысль – и рой воспоминаний о сестре, которые так и подступали. Кэйли пять лет, она сидит на заборчике в купальнике и боа из перьев. А вот ей семь, и она ходит на руках. А вот семнадцать – и она обнимает меня за шею.

Тоби Хоторн уже украл весь мой мир, но это не помешало ему продолжить.

– Так что сейчас самый подходящий момент для того, чтобы кто-нибудь мне объяснил, что вообще происходит, – объявил он приказным тоном – снова почувствовалось, что перед нами сын миллиардера.

И тут во мне вдруг созрело решение. Я поняла, что больше не хочу видеть в нем Тоби Хоторна. Пускай будет Гарри, какая разница. Да хоть пустое место, главное – научиться смотреть на него и не вспоминать про все то, что я потеряла.

– Произошел взрыв, и тебя сорвало со скалы в океан, – бесцветным тоном пояснила я. – Бородач выловил тебя из воды, и теперь, кроме нас, о тебе позаботиться некому. Так что заткнись и выпей вот это. – Я потянулась к пузырьку с болеутоляющими.

Темно-зеленые глаза распахнулись шире и впились в белые таблетки у меня на ладони.

– Не откажусь, – сказал он и едва заметно улыбнулся. – Кажется, я большой фанат таблеточек. Но эти… – Он медленно повернул голову и присмотрелся к пузырьку. – Сплошное разочарование.

Ну еще бы. Я сощурилась, прикидывая, к каким наркотикам, скорее всего, пристрастился этот мальчишка.

– Не навреди, – тихо процедила я и поднесла лекарства к его рту. Он будто бы нарочно задел губами мою ладонь.

Давала воду я ему без особой бережности.

– Послушай мудрый совет, Гарри, – как можно спокойнее произнесла я. – Порой полезно привыкнуть к разочарованиям.