Он извлёк предмет из кармана, поднёс его к глазам и едва удержался от удивлённого возгласа. На ладони лежал диск красного дерева, покрытый руническими письменами. «Путеводный диск конунга Олава Безусого», именуемый также Печатью Нечистого – вещественное доказательство по делу пастыря-самозванца отца Зосимы, предстоятеля Катакомбной Церкви Свидетелей Чуда Господня. Он же – Маркел Сорока, жулик и аферист. Чтобы приобщить этот предмет к делу, в своё время была проведена масштабная секретная операция с высадкой десантной группы Спецкорпуса на остров Сето-Мегеро. А потом добытая такими трудами и с таким риском вещица просто бесследно исчезла со склада вещественных доказательств. И, что удивительно, серьёзного скандала, увольнений и разжалований после этого не последовало. Даже постовая смена, в чьё дежурство произошла пропажа, отделалась выговорами и лишением надбавки за бдительность. Уже тогда все, кто оказался в курсе данного дела, сообразили: тут никак не обошлось без Ордена Святого Причастия. Реально похитить артефакт из хранилища было невозможно, и только Орден обладал достаточным влиянием, чтобы заставить Тайную Канцелярию делиться добычей. Так, уже тепло… По крайней мере, появился первый подозреваемый. Если к похищению причастен Орден, значит ему зачем-то нужно, чтобы майор Спецкорпуса оказался именно здесь и именно сейчас. А вывод может быть один: здесь должно что-то произойти, и, чтобы узнать, что именно должно случиться, надо оставаться на месте и ждать.
Всё бы хорошо, да только мороз начинает забираться под ватник и уже норовит залезть в валенки. А парусиновые штаны и вовсе не спасают от холода. Как будто их специально ему подсунули, чтобы он шевелился. Если просто валяться тут ещё пару часов, ничего не делая, то и примёрзнуть недолго.
Итак, Орден… Ни в одной инструкции Тайной канцелярии, которыми ему когда-либо приходилось руководствоваться, – как секретной, так и для служебного пользования – Орден не рассматривается как потенциальная угроза. Зато оперативные данные нередко содержали ссылки на Орден как источник получения информации.
Может, всё не так уж плохо? Может быть, операция идёт своим чередом, только ему, майору Сохатому, в данный момент не по чину знать все подробности? Наверное, настало время стать слепым орудием в руках вышестоящего начальства? Неприятно, конечно, но терпимо. Многие через это проходили. И не раз. Некоторые даже жизнь отдали, так и не узнав истинной цели своей жертвы.
Путеводный диск… А ведь Маркел Сорока, самозваный пастырь, разобрался, как им пользоваться, и едва не скрылся от преследования, мгновенно переместившись за тридевять земель. Только «дверь» за собой закрыть не успел, прежде чем его схватили. А ведь он, хоть и отличается крайней сообразительностью, но образованием точно не блещет. Во всяком случае, рун ему точно не прочесть. Значит, «прибор» прост в обращении, и работа с ним не требует специальной подготовки.
Главное – не поддаваться панике и впадать в ступор. Из любой ситуации, какой бы нелепой и необъяснимой она ни казалась, должен быть выход.
И вдруг ему вспомнилась Айна. Прошло уже почти два месяца с тех пор как дочь Лайсы, внучку Акай-Итура оставили в одиночестве в приземистой хибаре, сложенной из потемневших от времени брёвен, на берегу холодного Северного океана. С тех пор никто не навещал её и никто с ней не связывался. От телефона и каких-либо иных средств связи девочка сама категорически оказалась. Эта часть операции «Седьмица» на самом деле служила лишь одной цели: заставить высшее руководство Тайной канцелярии отказаться от нелепого и совершенно бессмысленного приказа о мобилизации йокских шаманов. Приказа, который был издан поспешно, в панике, когда о том, что творится в империи Хунну, было куда меньше сведений, чем теперь, когда угроза казалась скорой и неотвратимой. Она и сейчас представлялась точно такой же, однако генерал Сноп взял на себя смелость отправить «наверх» несколько обнадёживающих рапортов.
Итак, Айна… А может быть, её уединение имело ещё и другую цель? Иначе зачем она так тщательно выбирала место? Зачем настояла на том, чтобы туда перенесли хибару? Там, где та стояла раньше, была точно такая же тундра… Видимо, она знала больше, чем сочла нужным сказать. Да, помнится, в день отъезда из становища она передала ему слова Акай-Итура: «Если я не пойду с тобой, Сохатый-аяс, йоксов не будет, а тех, кто останется, уведёт Хакк, а потом погаснет небесный костёр, греющий души предков».
Йоксы вообще предпочитают говорить загадками и на самом деле не настолько простодушны, как кажется.
Вдруг он почувствовал, что сквозь ладонь, через пальцы, сжимающие древний артефакт, сочится тепло, которое начинает постепенно растекаться по всему телу. Очень вовремя. Но не для того ему подсунули эту вещицу, чтобы использовать её в качестве грелки… Явно не для того.
